Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 211 – Рукие Идели

Когда слово взял преклонных лет мужчина, все, включая Сонера, успокоились. Кажется, этот человек имел вес. Даже я выпрямилась, сидя на стуле.

— Когда-то мой любимый брат рассказал мне одну историю, – начал он, не сводя глаз с Карана. Должно быть, он имел в виду его отца, потому что все тело Карана тут же напряглось. – Однажды у одного китайского крестьянина разбежались все лошади. Все жители деревни начали сетовать: как ужасно, ты растерял всех своих коней. На что крестьянин ответил: кто знает…

Рука Карана нашла мою ладонь, а я посмотрела ему в лицо. Он лишь горько улыбнулся, и у меня сжалось сердце.

— Прошло какое-то время, – продолжил пожилой мужчина. – Лошади крестьянина вскоре вернулись в деревню и привели с собой новых. Все крестьяне начали приговаривать: повезло тебе, у тебя стало еще больше коней. На что крестьянин ответил: кто знает… – Кривая ухмылка скользнула по его лицу. Он крепко сжимал в руке четки^[49]. – Вскоре сын крестьянина, тренируя лошадей, сломал себе ногу. Все вокруг опять начали причитать: твой сын сломал ногу, как тебе не повезло, но крестьянин продолжал отвечать: «может быть». Может быть, это плохо, может – хорошо… Чуть позже в стране началась мобилизация. Солдаты стали приезжать в деревни и забирать юношей в армию. Но сына крестьянина они взять не смогли, потому что у него была сломана нога. И тогда жители заговорили: как тебе повезло, твой сын не пошел в армию. И крестьянин ответил: может быть…

Пронзительный взгляд пожилого мужчины перемещался с Карана на Омера и обратно. Оба брата Акдогана смотрели на рассказчика без тени ненависти.

— Мой любимый брат рассказал мне эту историю, и только потом я понял, что он говорил о судьбе. Судьба – словно картина, целостность которой мы видим лишь по прошествии времени. В моменте невозможно понять, что хорошо, а что плохо. Для человека одно событие может быть и тем, и другим.

Его взгляд медленно переместился ко мне. На его лице появилась усталая, старческая улыбка.

— Именно поэтому невозможно знать, что принесет нам жизнь. Будет это хорошее или плохое, понять нам не дано. Нет смысла ни в ссорах, ни в сожалениях. Быть может, именно таким должен быть наш путь. – Я улыбнулась ему в ответ. – Добро пожаловать за наш стол, Эфляль. Посмотрим, как все изменится и для тебя, и для нас. Жизнь покажет.

— Спасибо, – ответила я, на этот раз искренне. Я крепко сжала руку Карана. – Пусть наши «может быть» сами начертят нам путь.

Мужчина медленно кивнул в ответ.

Я почувствовала, как воздух вокруг стола, сгущаясь, превратился в вихрь, который был готов поглотить нас всех. Я верила в эффект бабочки, и мне казалось, что мое присутствие за этим столом изменит сотни жизней. Не знаю, сдвинутся ли камни с места, но карты судьбы точно будут перетасованы. Я видела это в глазах как своего любимого человека, так и его врага. Эта ночь открыла новую главу нашей жизни.

И пока вечер тянулся, я надеялась, что два бокала спиртного не опьянят меня. Иначе мне будет плевать и на «стол», и на его присутствующих. Кто знает, может, под воздействием алкоголя я могла бы сорваться и развязать целую войну. Поэтому, признав, что предупреждение Карана о выпивке было оправданным, далее я ограничивалась только водой.

Когда уже закончится эта ночь?