Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 165 – Рукие Идели

Когда я увидела, как Альптекин взялся нарезать хлеб, как будто все, что он подал на стол, было превосходного качества, мне захотелось сесть на пол в позе фермера, чье поле сгорело дотла. Кроме того, он резал хлеб даже без доски, прямо на моем столе, оставляя на нем царапины. Он пытался держать нож, как первоклассный шеф-повар, но выходило у него, как у Белоснежки. Я закрыла глаза, чтобы не ударить его от отчаяния. Я пыталась считать в уме, чтобы успокоиться, но Батухан не дал мне сосредоточиться, продолжая себя нахваливать.

— Мы и десерт приготовили! – гордо произнес он, и в этот момент мне захотелось испустить истошный визг. Он достал из холодильника покосившийся торт и поставил его на стол. Он же тем временем взволнованно добавил: – Посмотри на наш «плачущий торт»!^[37]

На этот раз Омер принялся рассматривать торт.

Это мы скоро будем плакать, Батухан! Помолчи уже!

Почувствовав руку на своей талии, я повернула голову. Каран глядел на меня, словно оценивая мою реакцию на его движение, а потом потянул меня в угол, увидев выражение моего лица.

— Я попросил Арифа купить еду по пути сюда, потому что знал, что у них все равно ничего не выйдет. Он уже скоро будет здесь.

Не это меня расстраивало. Моя кухня превратилась в сущий кошмар.

— Завтра утром мы вызовем кого-нибудь, кто приберет этот беспорядок. Не переживай, все будет сделано до того, как ты проснешься, – добавил он. Потом посмотрел на двоих сумасшедших, которые продолжали рассказывать Омеру, что еще они сделали, и слегка улыбнулся. – Я не хотел их отговаривать, потому что это был их первый опыт готовки на кухне. Они хотели тебя порадовать. Но если тебе это не нравится…

Я пожала плечами.

— От смерти нет лекарства. Я не хочу их расстраивать, – беспомощно произнесла я. Не в силах больше выносить вида разрушенной кухни, я прошла в гостиную, и он последовал за мной. Потом сел напротив.

— Лучше бы они купили цветы или пытались как-то по-другому загладить вину, – проворчала я.

— Кто придет? – спросил он, игнорируя мои слова. Я вспомнила свою недавнюю ложь и тут же собралась. Он указал на мое платье и подмигнул. – Видимо, ты очень дорожишь человеком, который вскоре придет, – сказал он, приподняв бровь. Его взгляд медленно скользнул по моему лицу. – Ты нанесла красную помаду, надушилась моими любимыми духами… Я знаю этого типа? – спросил он слегка сердито.

Я поджала губы, не отвечая. От этого он всегда становился еще более настырным и сердитым, но я продолжала молчать, положив ногу на ногу. А потом просто улыбнулась ему, поправляя волосы, пока он сходил с ума от неизвестности.

— Ляль, – процедил он сквозь зубы. – Это ты так флиртуешь? Мне нужно молчать и смириться с этим? – сказал он таким тоном, будто не верил в то, что произносит подобное. – Я не настолько терпелив. Дистанция, которую ты строишь, она только для меня? Что это значит? Что ты делаешь сейчас? Ты будешь сидеть с ним и болтать, а я стану за этим наблюдать? – он говорил негромко, но выражение его лица было таким, словно он кричал. – Может, мне еще сварить кофе для вас двоих?

Я начала разглядывать свои ногти.

— Я бы предпочла чай.

— Что за бред! – рассердился он. Каран внезапно поднялся и подошел ко мне. – Давай, просто скажи мне, что это среднестатистический друг и что ты устроила это все, чтобы заставить меня ревновать.