Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 162 – Рукие Идели

— Ляль, – услышала я его голос. Мое имя лилось из его губ, словно мелодия, которую он так сильно любил. – Ляль. Моя Ляль.

Когда его прикосновения переместились со щек вниз по моей шее, я будто оказалась в воде, покачиваясь на ее поверхности. От его касаний, которые обжигали мою кожу и в то же время холодили, словно лед, я вздрогнула. Кажется, ему это понравилось, потому что у него вырвался звук, похожий на смех. Когда же я ощутила его губы на своем лбу, то подняла руку, желая к нему прикоснуться.

— Ляль, просыпайся, моя красавица, – его голос звучал совсем близко. – Мы ждем тебя, чтобы вместе поесть. Ты не голодна? – произнес он хрипло, отчего по коже пробежали мурашки. Он перехватил мою протянутую руку. – Ты такая горячая. Что же мне делать, лечь рядом с тобой?

Я что-то бессмысленно пробормотала в ответ, всеми силами пытаясь дать понять, что согласна, чтобы он лег рядом со мной.

— Но тогда мне будет не вытащить тебя из кровати. Ты пожалеешь, что не пошла с нами. – С этими словами он поцеловал мою руку.

— Давай, – произнесла я, все еще желая, чтобы он лег рядом.

Сон звал меня обратно, и я хотела уснуть в его объятиях.

— Давай! – ворчливо повторила я.

Я услышала, как он рассмеялся.

— Альптекин и Батухан приготовили еду, чтобы тебя порадовать, – произнес он, и мои глаза тут же распахнулись.

Он удивился тому, как быстро я проснулась, но все равно улыбнулся.

— Сейчас темно, но, как только ты открыла глаза, вокруг стало светло, словно днем, – произнес он нетвердым голосом. Я сглотнула и медленно села.

— Сколько я спала? – сонно спросила я. За окном действительно было темно.

— Может, часа три, – Каран погладил мою руку, которую все еще держал в своей ладони. – Ты устала? Альптекин тебя утомил? Наверное, вдвоем с Батуханом они совсем от рук отбились. Поэтому ты уснула?

Я покачала головой из стороны в сторону. Уличный фонарь был единственным источником света в комнате. Зрение все еще оставалось нечетким после резкого подъема, и у меня не получалось ясно видеть окружение из-за тусклого освещения. Однако я могла точно сказать, что Карану очень шел серый свитер с высоким горлом. Он зачесал волосы назад и подровнял бороду. Пока он смотрел на меня взглядом, полным обожания, я пыталась понять, как сейчас выглядела.

«Жаль, что ты не собрала волосы перед сном, Ляль. Они сейчас, наверное, похожи на гнездо».

Я тут же принялась приводить их в порядок.

— Кухня все еще на месте? Там все цело? Они ведь не устроили пожар, не так ли?

— Они немного перестарались, но не переживай, сами приберут, – ответил он с улыбкой.

Каран и так сидел рядом со мной, но все равно наклонился ближе. Я застыла, задержав дыхание.

— Мне нравится видеть тебя такой сонной, – произнес он хрипло. – Ты еле ворочаешь языком и звучишь, как котенок. Я бы хотел поцеловать твои припухшие губы. – Я тут же прикусила нижнюю губу. – Ты такая красивая. Нет ничего, отчего бы я не отказался, просто чтобы всю жизнь просыпаться с тобой в одной постели.

Каждое слово из уст этого мужчины было похоже на предложение руки и сердца, и я всегда становилась Ляль, немой, когда он начинал так говорить. Каран перехватил мою ладонь и сжал в своей. Я словно попала в ловушку.

— Твой отец был прав, – прошептал он. Когда его губы приблизились к моим, я закрыла глаза. Даже тот крохотный поцелуй, который он оставил на кончике моего носа, заставил порхать бабочек в моем животе. – Синева этих глаз была сравнима лишь с цветом океана.