Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 145 – Рукие Идели

Альптекин с любопытством смотрел на меня, ожидая, что я скажу следующим.

— Я не знаю, примешь ли ты мою просьбу, но не хочу постоянно крутить это в своей голове. Не хотел бы ты остаться в моем доме, пока тебе не станет лучше? Конечно, если ты не против?

Все, включая Альптекина, кажется, не ожидали услышать такое, потому что в один момент в палате разнесся их дружный вопрос:

— Что?!

— А я? – спросил Каран.

— Мы что, не в счет? – добавил Омер.

Ариф же, зная, что Сена тоже остановилась у меня, спокойно откинулся на спинку кресла, подозревая, что его я точно приглашу.

— Так что скажешь? – с волнением спросила я Альптекина, игнорируя реакцию остальных. – Не волнуйся, я о тебе позабочусь. Я более-менее разбираюсь в вопросах ухода за больными после выписки. Через пару дней ты придешь в норму.

Альптекин от неожиданности словно проглотил язык. Он направил указательный палец сначала на себя, потом на меня, потом снова на себя. Я утвердительно кивнула.

— И я тебя не побеспокою? – наконец спросил он.

— Конечно же нет, – ответила я, радуясь, что он не разучился разговаривать.

Его лицо просветлело, и он широко улыбнулся.

— В таком случае я не против. Могу прямо сейчас приехать! – с восторгом произнес он. Я удивилась такой реакции, но ничего не сказала.

Наше сердце не выдержит, Ляль. Посмотри, как он глядит на нас.

Он походил на ребенка, неистово жаждущего внимания.

Я улыбнулась ему в ответ, встала с кровати и села на диван рядом с Караном. Они с Омером обиженно поглядывали в мою сторону, но я старалась делать вид, что ничего не замечала. Альптекин все еще был болен, и я хотела о нем позаботиться. Омер же с Караном в уходе не нуждались. Поэтому могли оставаться там, где хотели. И у меня не было желания принимать их у себя в доме.

Во-первых, похоже, они оба готовы притвориться больными, чтобы мы пригласили их к себе в гости. Во-вторых, они ведь в свое время приняли тебя у себя, Ляль. Ты поступаешь несправедливо.

Неужели мой поступок и правда был неразумным?

— Ты уверена в этом? – спросил Каран. – Послушай, Альптекин очень капризный. Это он сейчас пока не в форме, а потом его будет не остановить. Он совершенно невыносим, – сказал он, пытаясь меня отговорить. Каран закинул свою руку мне за спину, на диван. – Тогда я тоже с ним поеду, помогу тебе.

Альптекин заворчал, хотя против слов брата ничего не высказал.

Не зная, как поступить правильно, я начала оправдываться:

— В доме всего три комнаты. Моя, гостевая и комната, в которой хранятся мои вещи. Остается еще гостиная. Там ты тоже не поместишься.

Последняя фраза заставила Карана улыбнуться.

— Конечно, не помещусь. Я знаю свои размеры, – произнес он.

Кажется, он сейчас нас поддразнивал.

— Но тебе не нужно в одиночку заботиться об Альптекине… – вставил Омер. – Мы и сами можем это сделать.

— Эй, ну вы чего, а… – тут же начал Альптекин. Затем он сделал попытку встать и довольно ухмыльнулся, увидев, как мы тут же вскочили со своих мест, чтобы помочь. – Теперь я снова в центре внимания, – с озорством произнес он.

Каран, по-братски отвесив ему подзатыльник, взял Альптекина под руку и помог подняться на ноги.

— Осел, – проворчал Каран. Но в его голосе звучали отеческие нотки. Бережно придерживая Альптекина, он перевел взгляд на Арифа. – Скажи своим, что мы выходим, пусть они будут готовы. А ты возьми цветы и сумку и следуй за мной, – обратился он ко мне и подмигнул.