Книга Двойной подарок для нового босса, страница 32 – Эйприл Янг, Ингрид Романова

У меня самой пересыхают губы, поэтому я киваю.

— Как-то не было времени заняться личной жизнью, пока растила детей и пыталась…

Меня прерывает открытая дверь. Из детского сада выходят родители с мальчишкой явно из старшей группы. Здороваются с нами, перебивая разговор.

— Я поверить не могу… — шепчет Руднев мне на ухо, а я сжимаю его руку в ответ.

— Давай потом, хорошо?

Мы заходим вместе, как раз когда к нам на встречу несется Данечка, который с ходу врезается в меня, а затем поворачивается к Сереже и без какого-либо удивления и смущения просит его:

— Ты с-зказешь, что мой папа? Пос-жалуйста. Никита не верит про космос!

Надо в этот момент видеть лицо Руднева. Я вот вижу и тихо смеюсь.

Сергей

Я смотрю на Даню, на его маленькие бровки, сложенные домиком, и сердце замирает от волнения. Он попросил меня сказать всем, что я его папа, даже не зная, что это на самом деле так. Значит, я ему нравлюсь.

Нет, нравлюсь не подходит для определения чувств пятилетки. Он мне доверяет. Осознание этого обрушивается на меня, как волна.

Словно в этот миг вся моя жизнь переворачивается. Я понимаю, что он не просто хочет, чтобы я сказал это, потому что кто-то смеется над его выдуманной историей. Он хочет, чтобы все знали, что я его отец. Есть в этом что-то невероятно трогательное и важное.

— Конечно, Данечка, — отвечаю, наклоняясь к нему и стараясь не выдать своих эмоций. — Я скажу всем, что ты мой сын.

Марина рядом со мной что-то сдавленно бормочет.

Думаю, если бы мы сегодня так активно «не проясняли отношения», реакция была бы другой.

Нет, я просто бы не оказался в детском саду.

— Сереж? — трогает меня за руку, но я ловлю ее ладонь и сжимаю, мол, все будет хорошо, не переживай.

Лицо Дани озаряется радостью, он нетерпеливо подпрыгивает и тянет меня за руку к другим детям.

Это ведь не игра, все серьезно. Я хочу, чтобы в будущем он гордился тем, что я его отец. Чтобы знал, что всегда может на меня рассчитывать.

— А ты расскази про космос, — добавляет он, доверчиво сжимая мою ладонь. — Я хочу, чтобы все с-знали, что у нас есть а-акета и мы летим на Луну!

Я смеюсь, ощущая, как в груди разливается тепло. Я наклоняюсь к Дане и шепчу:

— Мы обязательно расскажем!

— Вон… это Никита. Он не верит мне.

Подходим к группе, и я замечаю, как Никита, тот самый, который не верит в космос, смотрит на нас с недоумением.

— Эй, ребята! — начинаю я, обращаясь к детям. — Всем привет. Мой сын Даня захотел познакомить меня со своими друзьями. Я долго был в космосе, прямо оттуда смотрел, как он играет с вами. А теперь мы можем познакомиться. Меня Сережа зовут, я папа Дани.

Все кивают, с любопытством меня рассматривая, а одна смелая девочка даже решается спросить.

— А вы прямо все-все оттуда видите?

— Все-все, — подтверждаю. — У меня есть огромный телескоп. Я могу смотреть на землю, а могу в космос на другие планеты.

— Про а-акету, а-акету скази! — настойчиво дергает меня Даня за рукав.

— И да… у нас есть ракета, которая летит на Луну!

Слова звучат с такой силой, что я сам удивляюсь. Дети замирают, а потом начинают смеяться и обсуждать, как же это здорово. Я вижу, как у Данечки светятся глаза, и в этот момент я чувствую себя на своем месте.

Будто я долго куда-то шел и, наконец, прибыл домой, где меня ждали.