Книга Эндорфин, страница 86 – Лана Мейер

— Дэймос, пожалуйста!

— Пожалуйста – что? – спрашивает он спокойно.

— Пожалуйста, я… я не могу…

— Не можешь что? – переспрашивает он, и вибрация останавливается. Я хочу закричать от разочарования, от того, что была так близко, и он отобрал это у меня.

— Не останавливайся, – выдыхаю я. – Пожалуйста, не останавливайся.

— Почему я должен продолжать? – издевается Форд. – Ты разбила мою машину. Устроила скандал. Солгала мне о себе. Скрывала от меня встречи с другим мужчиной. Почему я должен давать тебе то, что ты хочешь?

— Прости, – шепчу я, и слёзы неистово текут по вискам. – Прости, Дэймос. Я была неправа. Я не должна была так поступать. Прости меня.

— Ещё, – приказывает он. – Скажи ещё.

— Прости, что не доверилась тебе, – говорю я, и голос ломается. – Прости, что не рассказала тебе о себе. Прости за машину. Пожалуйста, прости меня.

— И? – спрашивает он, и вибрация чуть усиливается – на секунду, только на секунду, дразня и обещая. – Что ещё ты скажешь мне?

— Что ты хочешь услышать? – выдыхаю я. – Скажи, и я скажу, только не останавливай, пожалуйста.

— Поклянись, – говорит он тихо, и голос становится жёстче, серьёзнее. – Поклянись мне, что больше не будешь от меня ничего скрывать. Никаких тайн. Никаких встреч за моей спиной. Никаких разговоров с людьми, о которых я не знаю. Ты моя жена, Мия. И это значит полная честность. Со мной. Всегда.

— Я… – начинаю я, но он перебивает, и вибрация останавливается полностью, и я хочу закричать:

— Скажи это, – требует он. – Скажи: «Я клянусь, что не буду от тебя ничего скрывать». Скажи, и я дам тебе то, что ты хочешь.

— Я клянусь, – выдыхаю я, и не знаю, правда это или ложь, не знаю, смогу ли я сдержать это обещание, но сейчас я скажу что угодно, только чтобы он продолжил. – Я клянусь, что не буду от тебя ничего скрывать. Никаких тайн. Я обещаю.

В его глазах мелькает удовлетворение и Дэйм наклоняется, целуя меня – мягко, почти нежно, совсем не так, как раньше.

— Хорошая девочка, – шепчет в мои губы. – Я верю тебе.

Но это ложь.

Потому что я уже скрываю от него самое важное.

А потом нажимает на оба пульта одновременно, и вибрация возвращается с новой силой. Я кричу, а он просто смотрит, как я буквально разваливаюсь на части под его взглядом.

— Теперь можешь кончить, детка. Дай мне посмотреть на это.

И я кончаю буквально по его приказу, безумно сильно и резко, так, что весь мир исчезает на несколько секунд. Остаётся только ощущение, только накрывающая волна за волной, полная удовольствия. Они накрывают меня, топят, выбрасывает на берег, и я лежу: дрожащая, мокрая от пота и слёз. Дэймос выключает вибраторы и один медленно вынимает их из меня, другой бережно снимает с клитора. Развязывает ремни, освобождая мои руки и ноги. Я не могу двигаться, просто лежу и дышу, а Дэ      ймос ложится рядом.

— Это похоже на компромисс, – говорит он тихо, зарываясь носом в мои волосы. – Мне не нужен никто другой. Надеюсь, теперь ты мне веришь?

Вяло киваю, потому что все еще не могу говорить. Он целует мою макушку и говорит:

— Ты справилась. Моя хорошая девочка. А теперь приготовься к моему члену, – усмехается он, упираясь своим каменным колом в мое бедро.

Что-то внутри меня тает от этих слов, от того, как он говорит их. От того, что даже после всего этого, после легкого унижения, его полной власти и контроля, есть место для нежности.