Книга Дофамин, страница 89 – Лана Мейер

В голове проносится нечто, что я никогда скажу вслух:

«Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя прямо сейчас. Пьяную, дерзкую, в этом платье, которое сводит меня с ума. Хочу сжать эту талию, прижать тебя к стеклу этих панорамных окон в шале и войти так глубоко, как могу. Чтобы ты забыла, как дышать. Чтобы после, не смогла ходить и не смогла бы жить без моего члена, как без кислорода. Без своей ежедневной порции дофамина».

— Я не собираюсь убегать, – вновь подает голос Мия и качаясь на каблуках, хватается за спинку стула. Такая пьяная. Такая красивая. Смелая провокаторша. С самой первой встречи она творит полную жесть, какую не может себе позволить ни одна девушка, с которой я когда-либо был.

Они просто всегда…старались понравиться. Но есть такая фраза: «Только «не та» должна быть идеальной. Той самой – можно все». И какого черта, она в моей голове вдруг стала «той самой»?

Ответ прост: я знаю ее несколько месяцев, а так и не поимел и до конца не овладел ею, несмотря на то, что с другими девушками это никогда не занимает более суток. Я слишком много думал о ней, фантазировал, и психика назначила ее значимым объектом и не закрытым гештальтом. Это как цель, которую нужно «закрыть». Как открытая сделка. Вот и случился долбаный гиперфикс на Бомбон, но будь я проклят: сегодня он закончится. Я возьму с нее все и с процентами.

— И знаешь, что Дэймос! Раз уж ты хочешь поговорить, валяй! Но сначала, скажу я. Я собираюсь наконец сказать тебе всё, что думаю о твоих больных играх!

— Моих играх? – я делаю шаг к ней, и она инстинктивно отступает. – Это ты, детка, вылила на меня вино за тридцать тысяч евро. Это ты флиртовала с этим фотографом прямо у меня перед носом. Это ты потратила деньги с моей карты без разрешения за один вечер, пытаясь меня спровоцировать. Ты добилась своего.

— Ты первый начал, – спорит Мия. – Именно ты надел на меня это чертово платье! – взрывается она, и ее голос срывается на крик. – Я была практически голая! Все эти мужики пялились на мою задницу, на мою спину! Ты выставил меня напоказ, как… как шлюху на аукционе! Ты действительно думал, что никто не будет со мной флиртовать, никто не будет на меня пялиться в таком наряде? Просчитался, но где? – с сарказмом острит девушка.

Слово «шлюха» висит в воздухе между нами. По факту – так и есть. Она просто шлюха. Я ее купил. Но все внутри меня хочет, чтобы она была только моей, эксклюзивной шлюхой.

— Осторожнее подбирай слова, Мия, – медленно избавляюсь от остатков одежды, но не от часов: без них мне становится некомфортно. Каждое движение такое размеренное, контролируемое, потому что оно помогает мне сдерживать гнев и эмоции. – Я надел на тебя платье за восемьдесят тысяч долларов, созданное специально под твою фигуру. Чтобы каждый ублюдок в ложе видел, насколько ты прекрасна. И чтобы они знали – смотреть можно, но трогать нельзя. Потому что ты моя.

— Какая странная у тебя логика. Сам надел на меня платье, чтобы все пялились и предъявляешь за то, что все пялились…

— Я предъявляю за то, что ты открыто флиртовала с другим мужчиной. Это недопустимо. Ты, таким образом, выставляешь меня клоуном, – в каждом его слове, я чувствую ноты, которые сулят мне лишь девятибалльный шторм, разорвущий мою менталку.