Книга На адреналине, страница 75 – Кира Оллис

— И много вам осталось, чтобы выйти в лидеры? – по Рихарду не скажешь, что он интересуется из праздного любопытства.

— Не знаю. Мне неизвестно, сколько удалось добыть остальным.

Мужчина ненадолго задумывается, а потом лезет во внутренний карман за портмоне, достаёт из него небольшую пачку купюр и, не считая, вставляет в прорезь коробки.

Сказать, что я обомлела от такой неслыханной щедрости, это ничего не сказать. На зелёной бумажке, той, что была обращена ко мне, я успела увидеть цифру «сто», прежде чем стопка скрылась внутри.

— Будем считать, что у меня сегодня персональный День благодарения, – одобрительно пожав мою плюшевую пятерню, он прощается и открывает заднюю дверь машины.

Кто он такой? Да ещё и с личным водителем.

— Спасибо, мистер Гуттенберг! – опомнившись, успеваю воскликнуть вслед уже отъезжающей машине.

Наверное, он прочитал это по губам, потому что сразу после раздаётся длинный гудок. Просигналив трижды, тачка моего спонсора скрывается из вида, а я с победным ликованием спешу обратно в Лафайет-сквер, чтобы обрадовать остальных.

Адриана

Рихард Гуттенберг оказался не кем-нибудь, а владельцем крупной австрийской авиакомпании. Я не смогла удержаться от заныривания во всемирную сеть, и разведала о нём всё, что было доступно простым смертным. Мне было важно узнать побольше о личности человека, благодаря которому нашей командой было собрано больше всех: тысяча восемьсот долларов. А это значит, что мы освобождены от ближайших зачётов и экзаменов!

Опустим подробности о том, что на совместных сборах в универе Рейчел вякнула, будто я засунула в коробку собственные деньги, чтобы выиграть. Терпеть не могу оправдываться, но случай особый, ведь здесь затронуты не только мои интересы. И, конечно, желание утереть нос этой стерве было непомерным. Звонок Рихарду по громкой связи прямо в лекционном зале развеял все ложные обвинения и довёл Шилдс до красных гневных пятен на лбу.

Кроме того, мне вручили благодарственное письмо в стеклянной рамке и поручили лично отнести собранные пожертвования в Базилику. Общая сумма вышла более чем приличной: почти восемь тысяч долларов.

— Вот это тебе подфартило, подруга, – Дейзи шутливо подпихивает меня локтем в бок, пока мы идём в раздевалку. – Вернее, нам. Ты – красотка!

Со скучающим видом пожимаю плечами и пропускаю её последующую несмолкаемую речь мимо ушей, уйдя с головой в свои переживания.

Нас ждёт занятие по лёгкой атлетике, на котором я увижу Киллана. Вчера он вернулся домой в обновлённую спальню, но ощущение каких-то неясных перемен так и гложет. Теперь он меня избегает, а не я его. Кроу даже не настаивает на отработке пари, хотя утром я не приносила проспоренный завтрак. Мне бы радоваться, но нехватка общения с ним, пусть на повышенных тонах или в сопровождении издёвок, разъедает внутреннюю пустоту ещё сильнее, превращая её в бездонную чёрную дыру. Чувствую себя заброшенной за ненадобностью и ненужной. Всё? Игра окончена, Киллан?

Я так мечтала о затишье между нами, но вот оно настало, а удовлетворения ноль.

И вообще, Кроу стал ещё мрачнее и сердитее, чем был. С Шилдс у них нет ничего, судя по тому, что в столовой они сидят порознь. Может, у него какие-то проблемы? Вчера слышала обрывки разговора с Максом насчёт покупки нового мотоцикла. Отец хотел добавить ему денег, но тот наотрез отказался, сославшись на накопления с призов. Знали бы родители, что на официальных соревнованиях их сын в жизни бы столько не заработал.