Книга На адреналине, страница 74 – Кира Оллис

Задумавшись о проблемах, шаркаю мимо очередной скамейки и, только миновав её, торможу, так как до моего ума не сразу доходит, что сбоку к ней приставлен мужской коричневый портфель. Смотрю по сторонам, выискивая его владельца, но вокруг нет никого, кроме голубей.

Подойдя ближе, обхватываю находку искусственными лапищами, чтобы рассмотреть получше. На металлической винтажной застёжке красуется логотип Montblanc. Дорогой аксессуар. Знаю примерные цены, поскольку ежегодно ищу подарки Максу на день рождения, и вещицы этого бренда отмела сразу из-за баснословной стоимости. Покрутив и повертев кожаное богатство, по весу определяю, что внутри вряд ли заложена бомба. Кому же он принадлежит?

Снова кручусь вокруг себя, заприметив только своих соратников в костюмах.

Как действуют в таких случаях? Звонить в полицию? Чёрт, сейчас совсем не до них.

Может, разгадка внутри? Преисполненная решимости, по-скоростному освобождаю ладони от перчаток и открываю его. Щелчок застёжки – и перед глазами появляются аккуратно сложенные бумаги. Знаю, нехорошо рыться в чужой собственности, но любопытство и желание быть полезной одерживают победу. В боковом кармашке обнаруживаю несколько хрустящих купюр Евро и две банковские карты на имя Рихарда Гуттенберга. Это же имя стоит в шапках договоров, которые я выборочно пролистала. Интересно… Немец?

Выдернув первый попавшийся документ, переворачиваю его и нахожу то, что ищу: контактные данные, включая номер телефона.

Отлично. День прожит не зря.

* * *

Холёный мужчина лет пятидесяти в очках и классическом костюме уже поджидает меня на выходе из парка возле белого внедорожника, чуть ли не ослепляющего своей чистотой. Знакомый типаж: политик или крупный бизнесмен. Я таких вдоволь насмотрелась, пока живу вместе с Кроу. Но при виде меня его серьёзность и даже напыщенность вмиг исчезают. В любом взрослом сидит ребёнок, который периодически показывается на свет, стоит только найти его триггер. Видимо, для Рихарда этот триггер – Минни Маус или её красное платье в белый горох, раздуваемое ветром, как парус.

— Здравствуйте, – опять приветствую гражданина, с ходу протягивая портфель.

Как выяснилось при телефонном разговоре, говорит он по-английски без всякого акцента.

— Добрый день, мисс.

— Извините, что лазила в ваших вещах.

Мужчина слегка прищуривается, осматривая мой прикид, и его губы растягиваются ещё шире.

— В данном случае извинения неуместны. Это всё нерасторопность моего помощника, который уже уволен.

Ого. Резкий. Вот и верь этим улыбочкам. Такие прихлопнут неугодных и не вздрогнут.

— Ну, я пойду?

Сверкнув вежливой улыбкой, делаю шаг назад, чтобы покинуть пределы гнетущего энергетического поля.

— Стойте, – властные ноты в его голосе вынуждают подчиниться.

— Зачем?

— А деньги?

— Какие деньги? Я ничего у вас не брала, – тут же ерепенюсь я.

Мистер Гуттенберг начинает смеяться.

— Я об этом. – Его указательный палец касается собственноручно выведенной надписи «Не бойтесь, это не для меня» на коробке пожертвований. – Для чего вы собираете деньги?

— А, это? – выдыхаю я. – Это для церкви ко Дню благодарения. Сегодня День студента, и у нас что-то вроде соревнований. Команда, собравшая бо́льшую сумму, получает автоматом высшие баллы на грядущих экзаменах.