Книга На адреналине, страница 73 – Кира Оллис

Поскольку денежных мешков не наблюдается, плюхаюсь на ближайшую скамейку, чтобы перекусить шоколадкой, которой угостил Томас. Он тоже ошивается где-то неподалёку в костюме Тигры, полосатого дружка знаменитого медведя. Бедолага ещё не догадывается, что дни наших псевдоотношений почти сочтены, но пока пользуюсь их преимуществами.

Прикрываю глаза, наслаждаясь минуткой спокойствия, но тишина и ничегонеделанье – прямой путь к пробуждению принудительно усыплённых мыслей. О Киллане, конечно же.

Я в край запуталась как в себе, так и в нём. Может, он всегда и был дикарём, просто в тот вечер эта ипостась впервые показалась на свет? Как расценивать его поведение? В нём был сексуальный подтекст или нет?

То, что Киллан хочет меня, кажется чем-то за гранью фантастики. Совсем недавно из его рта летели фразы о том, как я ему противна. Они были произнесены до того правдиво, что у меня и мысли не было усомниться в них. Разве его глаза могли так искренне врать? Разве могли настолько реалистично выражать отвращение и презрение?

Если это жестокая игра, то какова её цель? Почему мне неизвестны её правила и причины?

Два дня напролёт я только и занималась тем, что искала объяснения взаимному притяжению, которое вибрировало между нами в последнюю встречу. Пока Кроу придавливал меня всем телом к столу, я ужасалась собственной реакции. Эффект неожиданности, испуг, непредсказуемость, неизвестность его дальнейших действий не на шутку вскружили голову. Ноги не слушались, а язык отнялся и потерял способность к воспроизведению звуков.

Физическая близость с этим парнем вновь переросла в осязаемый мощный заряд, который обволакивал нас обоих тягучим жаром, отделяющим от действительности.

Сколько длилась его искусительная пытка? Минуту? Две? Три?

Время прекратило ход, словно подарив возможность насладиться им. Но самым пугающим было то, что Киллан впервые открыто проявил свои сдерживаемые намерения. А чувствовалось всё именно так: будто он долгое время сдерживался. Очень долгое.

Кроу был груб и нежен одновременно. Холодность в мгновение ока сменялась горячностью, и наоборот. Эти сиюсекундные перевоплощения заводили ещё сильнее. До такой степени, что я и сопротивляться не могла. Да что там! Я и притворяться не могла…

— И чего ты расселась? – «Белоснежка»-Рейчел будет не Рейчел, если не подденет меня.

— У тебя забыла спросить разрешения, – нарочно отвечаю с набитым ртом, чтобы показать своё отношение к ней.

— Линден, у нас командная работа, и правила для всех едины. Собираешься выехать за счёт остальных? – Кое-как держусь, чтобы не засмеяться, глядя на Шилдс. Её лицо просматривается через сетчатое окошко в груди Белоснежки. Голову Минни я временно откинула назад, как капюшон, поэтому беседа с декольте сказочного персонажа, должно быть, выглядит со стороны комично.

— Что смешного? – Рейчел продолжает вести односторонний диалог, не добившись от меня оправданий.

— Рейчел, оглянись вокруг. Ты видишь людей? Я – нет. Как только в моей зоне появится благодетель, я сразу приступлю к попрошайничеству. Ты бы сама лучше занялась делом, чем караулила меня.

Шилдс недовольно цокает языком и, наконец, уходит в сторону статуи президента Джексона.

Доев десерт, с печальным вздохом возвращаю ушастую голову на место и, надев обратно пухлые перчатки, отправляюсь к своей аллее с зелёными насаждениями, ещё не успевшими скинуть потускневшую листву. Атмосферка, безусловно, депрессивная. Мысленно я уже попрощалась с мечтой об «автомате» на экзаменах, да и курсы по дизайну придётся отложить.