Книга На адреналине, страница 187 – Кира Оллис

— Хочешь, я нарисую тебе на память нас? – Её неожиданное предложение удивляет.

— Ты тоже умеешь рисовать?

— Да. Мы ходим в одну школу рисования с подругой.

— Нарисуй, – воодушевляюсь я, почему-то посчитав, что она будет это делать сейчас.

Тормоз же, говорю. Не выспался, наверное.

— У меня нет с собой ни красок, ни карандашей. Я это сделаю по памяти, а потом пришлю или отдам лично.

— Пришлёшь? – туплю я.

— Да, диктуй свой номер. – Её прямолинейность – просто нечто. Достав телефон из маленькой сумки в цвет платья, она открывает мессенджер и ждёт, хлопая длинными ресницами.

Ни на одном уроке математики я так быстро не вспоминал цифры. Без понятия, к чему всё это приведёт, но мне стало интересно, каково это – дружить с девчонкой.

Вдруг понравится?

Настоящее

Макс

Подъезжаю к назначенному месту как раз вовремя. Давно не надевал боевую одежду, но, нужно признать, чувствую себя в ней, словно не было перерыва в десятки лет. Я ещё в отличной физической форме. Может, к чёрту этот Конгресс?

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и, наконец, выдыхаю, разглядывая следы сажи на щеках. Расправляю ладони, проверяя, не трясутся ли. Потерять детей – не то, к чему меня готовила жизнь. И вряд ли к подобному можно быть готовым…

Вечернюю темень за окном разбавляют несколько проблесковых маячков: полиция и скорая уже на месте. Правда, как мне уже сообщили, медицинская помощь понадобится всего одному человеку.

Возле перевёрнутого Maybach в кювете замечаю бугор, накрытый белым полотном. Пассажир, сидевший сзади, уцелел, но сильно ударился головой. Его личность не особо волнует. Этим займутся детективы после, а вот тот, кто представляет для меня личный интерес, уже ждёт в одной из машин. Он был пристёгнут, поэтому отделался парой ссадин и ушибов.

Стараясь сохранять самообладание, выхожу из Lexus. Доминик подпирает бедром спорткар Киллана и с кем-то говорит по телефону, но при виде меня прощается с собеседником и убирает мобильник в карман. Нетрудно догадаться, кто был на том конце линии. Лили не смогла до него дозвониться.

Пожимаю племяннику руку, благодарно похлопав по плечу.

— Ты как? – не могу не спросить. Смотрю на него, а будто с Брайаном разговариваю. Только с более рассудительной ксерокопией.

— Относительно. Ни разу не приходилось участвовать в погоне. – Нервно дёрнув плечом в сторону тела на траве, дополняет: – И стать причиной чьей-то смерти тоже.

— Ты невиновен, Доминик. Водитель не справился с управлением.

— Я его подрезал.

Кладу руки на его плечи и проговариваю как можно чётче, чтобы парень не смел испытывать чувство вины:

— Они – преступники. Если бы не ты, им удалось бы удрать. Ты. Всё. Сделал. Как надо. Понял?

Доминик коротко кивает и прячет ладони в карманах.

— Я чертовски рад, что ты есть у Киллана, – добавляю, прежде чем направиться к нужной машине.

Махнув агенту из бывшей конторы, забираюсь в фургон ФБР и, не удостоив Чака Шилдса приветствием, сажусь напротив. Он в наручниках, но вряд ли станет рыпаться теперь, даже если бы их не было. Виновато опущенная голова с большим пластырем на лбу меня не разжалобит. Если не сказать иначе: желание сделать из его незначительных травм значительные просто зашкаливает.

— Озвучу варианты, которые у тебя есть, – перехожу сразу к делу, не проверяя, слушает ли эта сенаторская мразь. – Вариант первый: можешь дождаться адвоката, чтобы соблюсти все законные процедуры, говорить то, что велит говорить он, признаваться или не признаваться в соучастии, или вовсе молчать. При таких условиях тебе светит пожизненное и полоскание твоего грязного белья в прессе с остальным вытекающим. Вариант второй: ты сейчас рассказываешь всё мне, начиная с дня, в который завязалась интрижка с Клэр Линден, и заканчивая этой минутой. Выкладываешь список лиц, участвовавших в фальсификации заключений судмедэкспертизы, а также продажных чиновников, которые закрыли глаза на дело Линденов. В этом случае я сделаю всё возможное, чтобы уладить дела с журналистами и позабочусь о том, чтобы Майлзу не предъявили обвинения. Но с одним условием: он пройдёт лечение в наркологической клинике, – перевожу дыхание после своего словоизвержения и, показав ему в лицо включённый диктофон на смартфоне, завершаю речь: – Какой вариант ты выбираешь?