Книга На адреналине, страница 178 – Кира Оллис

— Что ты собираешься делать?

Проигнорировав меня, она приступает к обыску полок, без разбора скидывая ненужные предметы на пол. Когда в её руке оказывается зажигалка, она с щелчком откидывает крышку и несколько мгновений не сводит глаз со вспыхнувшего огонька, по-видимому, проверяя исправность.

Она решила завершить начатое восемь лет назад? Мгновенное понимание прошивает электрическим разрядом, приподнимающим каждый волосок. Парализующий страх клубится в области солнечного сплетения. Страх, не имеющий ничего общего с огнём. Мне страшно больше не увидеть тех, кого так сильно люблю… Того, кто стал для меня всем.

Приказываю себе не робеть. Что бы ни произошло дальше, я должна хотя бы попытаться. Пока моя бывшая мать с равнодушием вертит зажигалку пальцами, я усиленно соображаю, что можно предпринять в стеснённых условиях.

— Клэр, разве я виновата в смерти вашего ребёнка?

Она цепенеет и с сатанинской улыбкой снова поворачивается передом:

— Ты – продолжение своей мамаши, Адриана. Её точная копия, которая с возрастом становилась лишь бо́льшим напоминанием о той, кто отнял у меня жизнь. Хочешь правду? – звучит риторический вопрос, сопровождаемый сардоническим смехом. – Я была рада, что Питер слетел с катушек, и вместо того, чтобы отыгрываться на мне, переключился на тебя. Я ненавидела его. И тебя тоже. Знаешь, каково это – ежедневно пересиливать себя и играть в дочки-матери? Каково это – изображать мать, когда всё, чего хотелось – чтобы ты никогда не родилась, как моя дочь? Почему у какой-то никчёмной твари появилась вполне здоровая ты, а я держала на руках только безжизненное тельце родного малыша? Почему, я спрашиваю?

Внимаю каждому её слову, и до меня доходит то, что лежало на поверхности, но стало очевидным лишь сейчас.

Она устроила поджог, чтобы целенаправленно убить мужа, а заодно и нежеланную дочь. Вероятно, он не мог спастись, потому что был без сознания или… Мёртв? Боже мой…

Но как осталась в живых я?

Это было возможно лишь в одном случае: я не спала, как надеялась Клэр.

Не спала из-за пропущенной таблетки.

Зажмуриваюсь, собирая по кирпичикам воспоминание в том проклятом шкафу, которое, теперь без сомнений, было эпизодом того самого вечера. Что же произошло после того, как я кинулась на отца?

Поджимаю губы, наблюдая за тем, как Клэр с усилием приподнимает канистру и начинает хаотично выплёскивать из неё жидкость, орошая предметы, расставленные вдоль стен, дверь, тряпьё и прочий хлам, попадающийся под руку. Помещение наполняется сладковатыми парами бензина, вытесняющими воздух в и без того затхлом помещении. В голове мутнеет, и, закрыв глаза, я заставляю себя сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы прогнать панику. По спине струится холодный пот – хорошо знакомый признак этого коматозного явления, ведь мне не жарко несмотря на довольно тёплую одежду. Решаю встать с бетонного пола. Цепь наручников скользит вдоль трубы с металлическим скрежетом, и я на всякий случай пробую со всей силы дёрнуть кистями рук в стороны. Вдруг они бутафорские? Но мои попытки не увенчиваются успехом: твёрдые края браслетов очень больно вонзаются в суставы, лишь раздирая кожу.

— От судьбы не убежишь, Адриана. Той ночью ты каким-то чудом спаслась, но, как видишь, карма сама тебя настигла, – приговаривает она, не отвлекаясь от процесса.