Книга Как приручить джигита, страница 87 – Аня Истомина

Испуганно замираю в его руках.

До этого момента я надеялась на действие таблетки. Но прошло время. Теоретически, наверное, я уже могу забеременеть. А вот готова ли я стать мамой снова не в своих фантазиях, а в реальности? Я ведь после предательства Руслана даже подумать о такой вероятности боялась, да и беременностью и материнством толком насладиться не успела — работала до победного, вышла из декрета рано. Нервы-нервы-нервы.

Не прочувствовала кайф. Была в напряжении все это время, потому что хоть и верила в лучшее, но в глубине души очень боялась, что не смогу поднять ребенка в одиночку.

— Я боюсь, — честно признаюсь, глядя на Дамира. Он тут же притормаживает и садится на кровать, не отпуская меня из объятий.

— Чего ты боишься? — шепчет, обнимая меня так крепко, что я едва могу дышать.

— Всего, — закрываю глаза. — Что я снова буду воспитывать ребенка одна. Что у него могут быть проблемы со здоровьем.

— Ты мне не веришь? — вздыхает Дамир.

— Верю, — закусываю губу и обнимаю его тоже настолько крепко, насколько могу. — Но мое доверие мне всегда так дорого обходилось!

Не хочу его обижать. Он уже сто раз доказал, что достойнее большинства мужчин на планете, но тот самый “горький опыт” я получила слишком большой ценой, чтобы о нем забыть.

— Ты права, Юля. — внезапно соглашается Дамир и отстраняет меня так, чтобы посмотреть в мои глаза. — Я немного тороплюсь тоже, в этом мы с тобой похожи. Я не буду настаивать, пусть все идет своим чередом.

— Спасибо, — шепчу и касаюсь его губ, облегченно выдыхая и радуясь возможности немного оттянуть такой ответственный шаг.

Дамир тут же перехватывает инициативу и, стащив с меня кофту и белье, покрывает грудь поцелуями. Сжимает ее в ладонях так, что я шиплю от легкого дискомфорта и стону, когда он прикусывает соски. Чувствительность после таблетки так и осталась, хотя уже и не такая сильная, и, даже наоборот, какая-то мучительно-приятная.

— Иди ко мне, я соскучился, — зовет Дамир, падая на кровать и нетерпеливо расстегивая пряжку ремня на джинсах.

Падаю с ним рядом и проворно стаскиваю с себя штаны, потому что я тоже уже соскучилась и прекрасно знаю, как детки любят просыпаться в тот самый момент, когда родитель задумал заняться важным делом. Думаю, с сексом это тоже работает.

Даже не успеваю снять до конца штанины, как Дамир уже нависает надо мной, расталкивая мои ноги коленом и устраиваясь поудобнее. Заканчиваю раздеваться уже ахая и морщась от первого толчка.

Слишком сладко и остро с первых мгновений. Туго, горячо, глубоко. Не для того, чтобы растянуть удовольствие. А чтобы насытиться как можно скорее. Спустя минуту я уже изнываю под мощным телом, вжимаюсь сильнее, чтобы прочувствовать нашу страсть каждым сантиметром кожи.

— Я тебя люблю, Юля, — выдыхает Дамир, вжимая мои руки в матрас и отстраняясь, чтобы видеть, как меня засасывает в омут наслаждения. Смотрю в карие глаза, блестящие то ли от возбуждения, то ли от рвущихся наружу чувств.

— Я тоже люблю тебя, — выдыхаю с тихим стоном свои чувства, содрогаясь всем телом в такт с замедляющимися толчками бедер. Дамир медлит, ждет из последних сил, когда я успокоюсь, и только тогда выходит из меня.

С замиранием сердца, любуюсь, как он, весь напряженный, облегченно выдыхает и расслабляется, падая ко мне в объятия. Жмусь к нему, такому родному, несмотря на наше недавнее знакомство.