Книга Я устала быть сильной, страница 94 – Аня Истомина

Когда Рафаэль уходит, я не выдерживаю и рыдаю, уткнувшись в подушку. Мне не нужна ни ванна, ни массажистка, потому что я не могу ни о чем думать, кроме как о том, что Рафаэлю может грозить опасность, а я ничего, абсолютно ничего не могу с этим поделать! И я впервые в жизни чувствую себя настолько слабой и беспомощной!

Особенно остро ощущаю это когда проходит три, четыре, пять часов, за окном смеркается, а ужин, приготовленный для Рафаэля, уже давно остыл. Когда весь мир сужается до черной спальни, в которой я мечусь туда-сюда, не в силах найти себе место и, кажется, схожу с ума, рисуя себе самые страшные картинки в голове.

Я боюсь, что Рафаэль убил Зорина. Еще больше я боюсь, что произошло наоборот.

Обессилев, падаю на кровать и проваливаюсь в какое-то вязкое болото из обрывков тревожных сновидений.

Подпрыгиваю от прикосновения к руке.

Бросаюсь на шею сидящего рядом Рафаэля и начинаю рыдать так, как не рыдала никогда в своей жизни.

— Ты меня задушишь, — возмущается он, прижимая меня к себе крепко-крепко и поглаживая по спине.

Внутри лихорадит от эмоций. Штормит от облегченного “живой” до леденящего душу “убил” и обратно.

— Прости, — выдыхаю сквозь всхлипы, не в силах разжать руки.

— Да все нормально, души на здоровье, — усмехается Рафаэль, все же чуть ослабив мои объятия.

— Прости меня, пожалуйста, — икаю сквозь слезы, с трудом заставляя себя отпустить его и отстраниться.

Вытираю мокрые щеки и разглядываю в утреннем сумраке спокойное лицо моего любимого, родного и даже, кажется, невредимого Чудовища.

— За что? — мягко усмехается Рафаэль и проводит тыльной стороной ладони мне по щеке, стирая новую слезинку.

— Я хочу уйти.

То, как Эмма рыдала у меня на груди, резануло по нутру неприятным холодом. Я понимал, что виной ее состоянию — я. Но я не ожидал, что она решится закончить наш эксперимент с отношениями так быстро.

Я оказался к этому не готов.

— Неужели тебе плохо со мной?

— Нет, — шмыгнув носом, выдыхает она. — Мне очень плохо без тебя. Я понимаю, что если с тобой что-то случится, я не переживу. Я не готова так рисковать.

— И поэтому ты хочешь уйти? — хмуро смотрю на неё.

— Да, я хочу уйти, — не сводя с меня взгляда, отвечает она твёрдо.

Её голос срывается, но я чувствую в нём уверенность в своём решении.

— Что ж, — вздыхаю, переводя взгляд в окно. — Мне жаль.

Несмотря на то что я обещал её отпустить, я не хочу. Я настолько привык к этой играющей мной хищнице, что не понимаю, как буду теперь жить без неё. Да, я могу загрузить себя работой или сбросить пар в спортзале и с проститутками, но это всё не то. Мне кажется, что ничто не сможет заменить её.

Однако я помню, как страдала моя мать в отношениях с отцом. Она хотела уйти, но он не отпускал, и в итоге всё закончилось крайне печально. А я видел, как она медленно угасала, и ничем не мог помочь. И поступить так с женщиной, которая стала мне дорога, не могу. Не имею права.

Эмма, кажется, первый человек, который так за меня переживает. Я никогда и никого не подпускал близко настолько, чтобы кто-то мог заставить меня сомневаться в своих решениях. Но теперь я смотрю на Эмму и, наверное, впервые за много лет задумываюсь о том, что хотел бы кардинально изменить свою жизнь. Если бы я знал, что встречу её когда-нибудь, я бы не лез так глубоко туда, где нет ничего, кроме фальши и денег и откуда нет выхода. Только вопрос: а нужен ли я бы ей был, не будь у меня всего того, что я имею?