Книга Падший ангел, страница 44 – Миранда Эдвардс

— У Николаса была передозировка, – ледяным тоном цедит Гидеон. Почему мне кажется, если я посмотрю на него, то встречу взгляд полный обвинений?

Росс тяжело вздыхает, ущипнув себя за переносицу.

— Он уже помещен в клинику. Если он будет звонить и просить забрать его, сразу сообщайте нам, – говорит он. – Мы вернем его.

Мужчина, подаривший мне нож и научивший стрелять, преподал мне еще один урок. Зависимый человек никогда не завяжет, если его будут лечить насильно. Это должно быть его решение.

— Поверьте, мы и не… – начинает Доминик.

— Я хочу его увидеть, – перебиваю я и, откинув от себя фотографии, решаюсь поднять голову.

Три пары глаз уставляются на меня. С моего возвращения мы ни разу не говорили. Я видела следы саморазрушения и ничего не сделала. Знаю, что ничем ему не обязана, но Ник был моим другом. Пора было признать, что он не виновен. Я была так горда, озабочена лишь своей болью, что не протянула руку, хотя когда-то Николас делал это для меня.

— Зачем? Извиниться? – выплевывает Гидеон.

— Гид! – шипят в один голос Росс и Дом.

Но Гидеон уже настроен на поединок. Собрав всю силу в руки, выпрямляю спину и отвечаю спокойствием на его взгляд, мечущий в меня кинжалы. Да уж, Гидеон точно не является моим фанатом.

— Да, извиниться, – мой голос срывается на рык. – Я же так облажалась, когда позволила сперматозоиду Росса оплодотворить мою яйцеклетку. Я ни в чем не виновата перед вашей семьей, уясни это, черт возьми.

Доминик сжимает мое плечо, то ли поддерживая, то ли пытаясь угомонить. Не в моих правилах выслушивать пустые обвинения. Гидеон хмыкает и качает головой. Похоже, он со мной не согласен. Плевать. Поворачиваюсь к Россу и, сохраняя все имеющееся самообладание, говорю:

— Я просто хочу поговорить с ним. Я встречала зависимых людей, и насильно вылечить их нельзя, как бы вы ни желали этого.

Росс не в восторге от моей идеи, но не по той же причине, что Гидеон. Сколько бы времени ни прошло, он помнит, что Николас любил или любит меня. И с ним я готова поговорить, а с Россом – нет. Я продолжаю юлить, и он не знает, как исправить это. Наша любовь была взаимна, но ему шанса объясниться я так и не дала. Поцеловала и вновь убежала.

— К тому же, я купила ему подарок на Рождество, и он не будет пылиться до следующего года, – добавляю я.

Росс стискивает край стола с такой силой, что его пальцы белеют, а дерево потрескивает.

«Я купила кое-что и для тебя,» – хочу сказать, но решаю пока молчать. Все и так сложно.

— Хорошо, Гидеон едет в клинику через час, – выдавливает он. – Ты можешь поехать с ним.

Я поняла кое-что об отношениях Росса и Гидеона: младший брат чертовски сильно уважал старшего, поэтому, несмотря на явную неприязнь Гида ко мне, он не ослушается Росса. Наверное, Николас мог бы быть таким же. Он верный, преданный Россу и их семье, но в Нике есть бунтарский дух. Не тот, что окунул его в омут зависимости. Хорошее бунтарство, придающее смелость и зажигающее сердце.

— Тогда я пойду одеваться, – бормочу я и, схватив Доминика за руку, убегаю в свою комнату.

***

— Ты же не собираешься извиняться? – спрашивает Дом, скептически подняв брови. – Ты ни в чем, черт возьми, не виновата. Николас всегда был… падок на алкоголь и вещества.

Не обращая внимания на его слова, подхожу к шкафу, где у меня спрятаны подарки и приказываю: