Книга Опер КГБ СССР. Объект "Атом", страница 71 – Дмитрий Штиль

— Вести, — скомандовал Серов. — Плотненько, но без наглости.

Дальше пошла классика жанра. Американец кружил по центру. Петлял переулками, проверялся. «Наружка» работала виртуозно — передавали объект от машины к машине, пешие посты подхватывали на светофорах.

— Объект на Ленинском. Движется в сторону области… Разворот! Идет обратно в центр.

Мы слушали эфир, глядя на карту.

— Он тянет время, — сказал Серов. — Проверяет хвост.

— Объект катается по городу — доложила «семерка».

В штабе повисла напряженная тишина. Казалось, что американец под колпаком. И вдруг. Рация второй группы, которая сидела в засаде у подъезда дома Толмачева:

— «База»! «Дед мороз» вышел из дома и направился в сквер.

И тут же доклад через две минуты:

— Вижу «Снеговика»!

— Какого «Снеговика»⁈ — заорал Серов рацию. — Стивенс в машине сидит!

— Никак нет! Стивенс идет по аллее! В сером плаще, в шапке! Я его в лицо знаю, это точно он! Работаю по нему через смену, уверен на сто процентов, товарищ майор!

Серов схватил микрофон.

— Первый! Доложите обстановку! Где машина?

— Машина в движении! — растерянно отозвался пост. — Водитель за рулем. Пассажир, «Снеговик» тоже на месте, вижу силуэт, голову, плечи…

— Второй! А вы кого видите?

— Да Стивенса же! Идет к арке! Толмачев входит в сквер! Идут на сближение!

У Серова началась паника. Человек не может быть в двух местах одновременно. Это мистика. Или провал.

— Как он раздвоился⁈ — Серов еле сдерживался. — Это что, двойник⁈

— Хуже, — сказал я.

В моей памяти всплыли файлы из будущего. Документальные фильмы, рассекреченные архивы ЦРУ. Я знал этот фокус.

— Это «Джек», — негромко сказал я.

Серов повернулся ко мне. Андропов поднял бровь.

— Какой Джек, лейтенант?

— «Джек из коробочки», — пояснил я. — Это манекен. Надувная кукла. Стивенс выпрыгнул из машины где-то на резком повороте в переулке, когда «наружка» отстала на корпус или в слепой зоне, за секунду. А водитель дернул рычаг — и из чемодана на сиденье выскочил манекен. В шапке, в очках. В темноте салона его не отличить от человека.

Я ткнул пальцем в карту.

— Мы пасем куклу, а настоящий шпион сейчас получит секреты.

Темная арка. Снег. Фигура в сером плаще — американец. И сутулая фигура в дубленке — Толмачев. Они шли навстречу друг другу. Еще секунда — и они поравняются. Передача занимает мгновение. Пакет переходит из рук в руки, и всё. Секреты Родины уплывают за океан.

— Разрешите дать команду на задержание! — нервно выпалил Серов сторону Андропова.

Он схватил рацию.

— Всем постам!

Я тоже дернулся. Инстинкт офицера вопил: «Не дай уйти! Это враг!». Я видел, как рушится безопасность страны. Я видел предателя.

— Отставить!

Голос Андропова был тихим. Он не кричал. Но этот голос перекрыл и ор Серова, и шум эфира.

Майор замер с микрофоном у рта. Обернулся.

— Юрий Владимирович… он же… передает…

— Я сказал: отставить, — повторил Андропов.

Он сидел неподвижно, сложив руки на столе.

— Фиксировать передачу. Снимать с трех точек. Вести обоих до дома. Никого не трогать. Волос не должен упасть с головы Толмачева.

Серов в рацию:

— Фиксируем! Объектов не трогать!

— Но это измена! — вырвалось у меня. — Там чертежи реактора! Если они уйдут…

Андропов посмотрел на меня. Его взгляд за стеклами очков был холодным, как космический вакуум.