Книга Время волка, страница 108 – Дж. Сидни Джонс

«Будем надеяться, что они меня не окликнут, чтобы я обернулся. А со спины, благодарение Богу, меня им не узнать».

Автомобиль неотступно, как послушная собачка, следовал за ним. «Обычное наблюдение, установленное ими за мной. В машине, конечно, двое – стандартная команда. Сперва надо стрелять в того, кто сидит впереди на пассажирском месте: руки у него свободны, чтобы держать оружие, – а уже потом – в водителя. Сразу же, как только они крикнут мне, повернуться и открыть стрельбу. Пистолет следует держать повыше, а не то лишь угодишь в корпус автомобиля. Целить только в голову, чтобы выбить из них мозги. У тебя на них – целая обойма».

Машина внезапно подъехала к нему сбоку, и он услышал знакомый голос:

— Радок!

Он быстро обернулся. Пистолет в правой руке был наготове. Сейчас он уберет первого, независимо от того, знает ли он этого человека, или нет, а потом – и второго. Но в машине оказался всего один человек, и сидел он за рулем. Это был его старый напарник Хинкле.

— О боже! – воскликнул тот. – Ну и привычки у тебя появились! С чего это ты вознамерился вдруг ни с того ни с сего открывать пальбу?

— Что ты здесь делаешь? – спросил Радок. В его голосе прозвучали и удивление, и страх. Он ведь чуть было не выстрелил в своего партнера. В того самого, которому некогда спас жизнь.

— Тебя ищу, – ответил Хинкле. – Что же еще? – Он потянулся и открыл правую дверцу машины. – Садись!

Радок поколебался.

— Пора перекусить, – произнес весело Хинкле. – Никаких официальных дел. Садись же!

Опускаясь на кожаное сиденье, Радок почувствовал, что оно такое же холодное, как и в ту ночь, когда они с Хинкле были в засаде.

— Поставят они когда-нибудь обогреватели в эти старые колымаги?

Хинкле рассмеялся старой шутке.

— Нет. Поскольку эта старая колымага принадлежит мне, то главная вина за то, что здесь холодно, ложится на меня.

— Ну и что ты думаешь делать? Продашь свой велосипед, чтобы купить обогреватель? – подыграл Радок известному шутнику-острослову.

Они, будто и не было последних двух дней, снова сидели рядом, словно во время полицейского рейда. Совсем как прежде.

Автомобиль, тронувшись с места, наехал на кромку тротуара: Хинкле был самый плохой водитель во всей полиции.

— Ты не заходил сегодня в управление? – спросил Хинкле.

— Нет.

— Так вот, тебя разыскивает целая кодла. Ребята не из приличных.

— Догадываюсь, – ответил Радок.

— И как ты собираешься улизнуть от этих дрянных парней, напарник?

Радок оторвал взгляд от дороги. Они ехали в город не прямым, а кружным путем. Прямо как два простоватых полицейских, ищущих, где бы пообедать. Повернувшись к Хинкле, он посмотрел на его выпирающий живот, потом – на жизнерадостное лицо и почувствовал себя немного спокойнее.

— А ты не хочешь знать, каким образом попал я в такую переделку?

Хинкле переключил передачу, чтобы остановиться перед стоп-сигналом.

— Думаю, что нет.

— Так зачем же ты приехал тогда?

— Помочь тебе выбраться из беды: я же твой должник.

— Глупости все это. Я просто исполнил свой служебный долг. И ни к чему упоминать об этом.

Хинкле свернул с Родаун-аллее на тихую улицу, припарковал машину у одного из выстроившихся в ряд однотипных тихих домов и, заглушив мотор, повернулся не спеша к Ра-доку.

— Хватит, дружище! – проговорил он. – Если я сказал, что я в долгу, значит, так оно и есть. Я хочу помочь тебе, понимаешь?