Книга Пионеры не умирают, страница 7 – Елена Булганова, Ольга Кудрявцева

Рита сразу поняла, что девчонка нагло врет, и возмутилась (про себя, конечно). А вот вожатая почему-то поверила, заулыбалась и воскликнула громко, на весь автобус:

— Какая добрая женщина, верно, ребята? Оставила нам угощение! Сейчас мы его честно поделим на всех!

И принялась раздавать направо и налево коржики, ватрушки, трубочки с кремом, оладьи, сырники, куски шарлотки и блинчики с творогом. Немедленно начался веселый обмен с просьбами «попробовать кусочек» и «оставить половинку».

Только высокий полный мальчик с шапкой рыже-каштановых волос, сидящий через проход от Риты тоже в одиночестве, зажмурил глаза и уронил на грудь голову, сделав вид, что спит, когда вожатая подошла к нему. Рука крепко сжимала край сиденья, чем выдавала его нешуточное смятение. «Наверное, боится насмешек, – посочувствовала ему Осипова, утопая зубами в упоительной мякоти рогалика с начинкой из шоколада и орехов. – Над толстыми вечно смеются, стоит им поднести ко рту хотя бы крошку. А что же им теперь, от голода помирать, что ли?» Рита всегда болезненно реагировала на несправедливости жизни, но не с кем ей было своими переживаниями поделиться.

22 июня 1980 года, раннее утро

Осипова влезла в пионерскую форму, повязала перед зеркалом тщательно выглаженный с вечера галстук и натянула белые колготки – страшный дефицит, мама велела беречь их как зеницу ока. Сверху накинула свой старый темно-синий осенний плащ, уже ставший тесным и теперь отрабатывающий последний срок перед отправкой на помойку. Конечно, к костру было бы удобнее одеться как-нибудь иначе, но раз Боря сказал, что нужно по-парадному… Боря всегда все знает.

Кто-то оглушительно громко постучал в дверь между комнатами девочек и мальчиков, а потом почти сразу открыл ее. Взвизгнула парочка еще полуголых копуш, а Рита поморщилась, увидев на пороге их вожатого, Игоря Андреевича.

Вожатый ей категорически не нравился, с первого же дня в лагере внушал необъяснимую антипатию. Некоторые девчонки считали Игоря очень симпатичным, ходили слухи, что вожатые и даже воспиталки все поголовно от него без ума. А вот пионеры первого отряда своего вожатого не жаловали. Боря Шварц при появлении Игоря всякий раз кривил лицо и прикрывал ладонью нос, хотя Игорь ничего плохого ему никогда не делал. А пахло от вожатого свежевыглаженной одеждой, шампунем «Лесной» и мылом «Апельсин».

— Готовы? Все надели форму и галстуки? – отрывисто спросил Игорь, прищурив глаза так, словно плохо видит, хотя зрение у него было как у орла, ребята давно в этом убедились. – Так, встаем в ряд, я проверю!

— А где наша Света? – робко пропищала Танечка Логинова из-за спин других девочек.

— Не Света, а Светлана Васильевна, – немедленно срезал ее Игорь. – У Светланы Васильевны сейчас другие дела. Строимся, строимся, я жду!

Насупившись, сложив руки за спиной и тяжело ступая в начищенных до зеркального блеска ботинках, он пошел вдоль ряда притихших девочек. Напротив каждой замирал и придирчиво оглядывал с головы до ног своими острыми темными глазами. Кому-то он велел сменить босоножки на туфли или, на худой конец, кеды, Наташу Мекалеву отослал в гардеробную отпаривать галстук, кудрявую Лену Рыжкову отругал за ужасную прическу, она тут же начала горько всхлипывать и раздирать пальцами свои кудряшки. А после распорядился немедленно выйти из корпуса и построиться у главного входа. Через спальню мальчиков выйти не разрешил. Наверняка из вредности – там, судя по тишине, уже никого не было.