Книга Охотник за головами, страница 80 – Гловер Райт

Она посмотрела на него непроницаемыми глазами.

Он никогда толком не понимал ее. Закрыв красную папку, которую только что просматривал, он жестом указал ей на одно из кресел возле стола для совещаний, формой напоминающего гроб.

— Должно быть, у вас что-то важное?

Ей были присущи собранность, которую он находил обескураживающей, и прямота в критических ситуациях, которая – чему он не раз становился свидетелем – разила наповал даже старших членов кабинета ее величества.

— Господин премьер-министр, что-то происходит. И мне необходимо в точности знать, что именно!

— Как раз этим вопросом задаюсь и я.

— Тогда, повторяю, вам следовало бы обратиться напрямую ко мне.

В кабинете повисло тягостное молчание.

Потом он кивнул.

— Мне понятно, что вам кое-что известно. – Она достала из плоского кожаного атташе-кейса досье и передала ему. – Расшифровка телефонных переговоров. Вам лучше ознакомиться с ней.

Он так и сделал.

После чего закрыл папку.

— А известно ли мистеру Риордану, что вы записываете его телефонные переговоры?

«Ну же, – упрекнул он себя. – Выскажись. Вы подслушиваете моего личного представителя».

— Нам важно заранее знать обо всех его передвижениях. Особенно – после убийства Бреннигэна. – Она кивнула в сторону досье. – Он внезапно начал действовать на удивление стремительно. Вчера в аэропорту едва не вылетел без телохранителя! Он к вам спешил, как я понимаю?

— Риордан имел – и по-прежнему имеет – прямой доступ ко мне, – внушительно произнес премьер-министр. – И лично мне обо всем докладывает. Мне казалось, что этим гарантируется полная конфиденциальность. Конечно, у него есть основание полагать, что при сложившихся обстоятельствах… определенные государственные органы… находятся в зоне если не видимости, то, по меньшей мере, слышимости. Он всегда болезненно относится к тому, что его доклады становятся достоянием других правительственных учреждений. Он пришел бы в ярость, узнав, что каждое его слово записывается. И, честно говоря, генеральный директор, я разделяю эти чувства!

— Если бы нам разрешили производить мониторинг переговоров Патрика Бреннигэна, он, возможно, остался бы в живых, – упрямо возразила она.

Премьер-министр в свое время строжайше запретил это. И сейчас со всей отчетливостью мысленно увидел, как подписывает соответствующее распоряжение. «Ах ты дьявол!»

Она смотрела поверх его головы, на портрет Уолпола^[6], висящий у него за спиной над камином.

«Сравнивает?» – невольно подумал он. Ее интересует история? Как мало ему вообще известно о ней – равно как и об остальных руководителях разведывательных и контрразведывательных подразделений. «Головы». Хорошее выражение. Головы, а на них маски, под которыми прячутся подлинные лица, которых он никогда не видел. Да и видел ли их вообще кто-нибудь? «Слишком ты разнервничался, – успокоил он себя. – Может, она просто посмотрела на часы».

Он вновь раскрыл досье.

— Просто невероятно… Вам так не кажется? Бывшие советские разведчики под видом англичан убивают американцев?

— Вы, сэр, не улавливаете суть дела.

— Вы уже второй человек за последние дни, делающий мне это замечание. Первым был Риордан. Так в чем же суть дела?

— Вы видели прошлым вечером пресс-конференцию «Шинн Фейн», на которой отрицалась ответственность ИРА за убийство?