Книга Охотник за головами, страница 48 – Гловер Райт

— Картер – это как раз прямо противоположное тому, что нам нужно. Нам необходим человек, настолько далекий от всего, чем мы занимаемся, что на его легенду – и на его жизнь, Кэт, – никогда не падет и тени сомнения в их… аутентичности. Патрик был бизнесменом. И эту роль он мог использовать в полной мере. Он мог торговаться – и мог уступать. Он мог поступаться своими принципами – и делать это так, чтобы его поступок не вызывал ни у кого сомнения. Ведь никого же не удивляет, если преуспевающего бизнесмена вдруг заинтересует сделка, мягко говоря, не совсем законная.

— Вы хотите сказать, будто Патрик занимался здесь чем-то противозаконным?

— В высшей степени. Но это было жизненно необходимо нам для достижения наших целей.

— Каковыми является что?

— А этого, Кэт, вам знать не нужно.

— Вам нужно знать, чего мы добиваемся, а не ради чего мы этого добиваемся, – бесстрастно добавил Мельшем.

И на мгновение Кэт увидела за его манерами воспитанного человека и пижона холодную безжалостность профессионала. Если возникнет такая необходимость, Мельшем без колебаний принесет Кэт в жертву. Или если она начнет представлять для него угрозу. Она отпила вина из бокала, который Ханна поставила на подлокотник ее кресла. На вкус оно оказалось горьким, как алоэ. Она еще подумала, не показалось ли ей это от страха. Ситуация пугала и оскорбляла ее. Она находилась среди соотечественников, но боялась их так, словно это были ее враги!

Она почувствовала, что к ней вернулся голос.

— Кто же все-таки убил Патрика? Мне необходимо знать это, прежде чем мы продвинемся еще хотя бы на шаг в нашем разговоре. Его убила ИРА? Повстанцы выяснили, кем он на самом деле является? Из этого мне следует исходить в случае, если я пойду на сотрудничество с вами? Из настороженности, с которой меня встретят?

Она сама не верила в то, что ей удалось все это высказать. Она чувствовала себя так, словно все происходящее ей только снится – однако она в состоянии контролировать течение сновидения. А контролировать его ей отнюдь не хотелось. Ей хотелось поверить в то, что ровным счетом ничего не произошло. Патрик жив, а она… является именно той, какой позволила себе стать. Она понимала, что больше ей никогда не удастся стать собой. И какой-то частью души радовалась этому. Пусть и пришлось уплатить такую страшную цену.

— Мы не уверены в этом, – нехотя призналась Ханна. – Все страшно запутано.

— И запутывается еще больше, – буркнул Мельшем.

— И вы хотите, чтобы я последовала за Патриком?

В недоумении она обвела глазами парочку резидентов.

— Мы будем двигаться шаг за шагом, Кэт. И таким образом исключим для вас малейший риск. Сначала телефонный звонок – у нас имеются все необходимые номера, – затем, если это сработает… что ж, вам придется пойти на физический контакт. И первым делом усыпить их подозрения. Если они и впрямь убили Патрика, вам предстоит убедить их в том, что они совершили чудовищную ошибку. Как ни цинично это звучит, случившуюся трагедию можно заставить работать на нас. Если они убедятся в том, что сами же допустили чудовищную ошибку, то волей-неволей проникнутся к вам естественным состраданием.

— Повстанцам неведомо сострадание. Они даже слова такого не знают. Она не продержится и минуты, – вступился за Кэт Картер.