Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 54 – Анна Старобинец

Но вот дети – дети будут очень скучать. Так что пусть они перед разлукой обнимут маму.

Чен оставил их у входа в темницу, а сам в сопровождении игумена Кая зашел внутрь и обратился к молодому надсмотрщику:

— Приведи мне заключенную Лею. Я ее забираю.

— А ее уже забрали, господин староста! – оттарабанил надсмотрщик.

— Как забрали? Куда?! – встревожился Чен.

— Так на казнь.

— На какую еще казнь?!

— Здесь какое-то недоразумение, – вмешался игумен Кай. – Я постановил, что Лея – не ведьма. Ее не должны казнить.

— Ты слышал его, тюремщик?! – Староста сорвался на крик. – Она не ведьма! Как ты посмел ее кому-то отдать?

— Не волнуйтесь, никакого недоразумения нет. – Надсмотрщик опасливо покосился на Чена; никогда еще он не видел старосту, неизменно чопорного и отменно владеющего собой, в таком состоянии. – Никто и не собирался казнить эту девку как ведьму. Епископ Сванур изволил приговорить ее как воровку.

— Где казнь?!

— На центральной площади, господин староста.

* * *

— Что случилось с мамой? – дрожащим то ли от тряски, то ли от страха голосом спросил Ван, сидевший позади старосты. – Где наша мама?

Чжин, которую Чен прижимал к себе, чтобы не упала, повторила мечтательно:

— Наша мама…

— С мамой все будет хорошо, – пришпоривая мура, пробормотал Чен. – Это просто недоразумение… Чудовищная ошибка… Я все решу… Ну, быстрей же!

Он хлестнул мура плетью, и тот неохотно прибавил шаг. Это был новый мур – еще ленивей и упрямее прежнего, того, что сдох в карусели смерти. Игумен Кай на своем Обсидиане давно уже обогнал их и скрылся за Центральным Холмом, хотя плетку ни разу не применял. Перед тем как ускакать, Кай сказал, что Сванур наверняка решил казнить Лею из ревности – чтобы Чен заботился только о нем. Это просто недоразумение. Чен сейчас объяснит епископу, что беспокоиться не о чем. Что епископ может быть уверен в его лояльности. Он всегда ему будет верен. Лея не представляет угрозы. Или, может быть, «казнь» – это просто ошибочная формулировка тюремщика? Может быть, епископ просто приказал ее выпороть? Тогда жаль, конечно, что это увидят дети. Неприлично детям смотреть, как хлещут плетью голую мать.

Когда мур наконец спустился с холма на площадь, люди уже расходились.

— Не смотрите, дети, – приказал Чен. – Не надо туда смотреть.

Но они не слушались и смотрели.

Их мама слегка покачивалась, склонив голову набок, как всегда, когда пела им колыбельные. Но сейчас она им не пела. Она просто висела на веревке, пуча глаза и показывая язык.

— Мама на качелях! – обрадовалась Чжин и показала язык в ответ.

Дорогая матушка!

С прискорбием сообщаю, что сиделка Лея не прибудет к тебе в Кальдеру. По приказу уважаемого епископа она сегодня была повешена.

Я много размышлял о твоих словах. Мысль о том, что мой долг – прекратить расследование и немедленно казнить ведьму Анну, уже посетила меня вчера, когда я зашел в тупик в своих рационалистических изысканиях. После прочтения твоего письма я в этой идее еще более укрепился.

Однако случившееся с безродной девицей Леей заставило меня передумать. Ее казнь представляется мне несправедливой, неоправданной и жестокой.

Ты права: священный долг служителя Церкви – проявлять милосердие. У меня и у уважаемого епископа представления об этом понятии разные. Для меня не является милосердием осуждение на смерть юной женщины, если нет убедительных прямых доказательств ее злокозненности. Я считаю, что Бог от меня хочет не этого. Впрочем, ты в ответ мне сказала бы, что я не отличаю волю нашего Господа от шепота его Злого Брата.