Книга Учебные хлопоты сударыни-попаданки, страница 5 – Ри Даль

А затем грянул новый гром — рухнула моя семейная жизнь. Оказалось, муж мой решил на старости лет уйти к молодой.

— Ну, Ань, ну, сама посуди: я ещё мужчина хоть куда, а ты вон — с костылём еле ходишь, — заявил мне Костя и поморщился.

И это после тридцати лет брака! Можете себе такое представить? То есть когда у него поясницу защемило пару лет назад, и он фактически лежачим был, я его выхаживала, обслуживала, пылинки сдувала, то была самой лучшей, самой любимой женой, Анечкой, солнышком, лапочкой. А когда сам оправился, и я в беду угодила, он тут же быстро нашёл мне замену. Чего со старой и дряхлой возиться? У него же вся жизнь впереди! А я… А я вот как-то справляюсь, одна, хромая и разведённая.

Зато меня ученики любят — этого уж не отнять. Тут мальчишки все, как на подбор, вежливые, статные, образованные, умные — суворовцы, одним словом. Жаль только мой собственный сын выбрал совсем другую профессию — стал работать с отцом, в его автомастерской, и после нашего развода с Костей, Кирилл тоже от меня отдалился.

— Мам, ты просто… слишком самостоятельная, понимаешь? — объяснил сын.

Но я так и не поняла, что значит «слишком самостоятельная»? Это в смысле как? Ну, как можно быть СЛИШКОМ самостоятельной?..

— Анна Петровна! — подбежал Миша с широченной улыбкой. — Давайте я вам помогу спуститься?

Я только нахмурилась:

— Спасибо, Миш. Я справлюсь.

— Да давайте, мне несложно…

— Ты лучше на занятия иди, — возразила я, — не то опоздаешь. И не забудь, что сочинения на немецком должны быть готовы к понедельнику.

Николаев засмеялся:

— А я думал, вы мне поблажку сделаете!

— Никаких поблажек, Миша.

— Анна Петровна, я же шучу, — почти обиделся парень.

— А я — нет, — назидательно заявила я и вновь мысленно прикинула, как бы мне так аккуратно спуститься — сегодня бедро как-то по-особенному шалило, опять стало ныть. — Иди-иди, Миш.

Николаев поглядел на меня уже без улыбки:

— Анна Петровна, я же как лучше хочу…

— Я тоже. Поэтому и говорю тебе: не валяй дурака, займись делом. А я сама справлюсь.

Он вздохнул и отвернулся. И вдруг, уже отходя, бросил напоследок:

— Слишком уж вы самостоятельная…

— Чего? — ещё сильнее нахмурилась я.

— Хорошего вам дня, Анна Петровна! — тут же исправился Миша и снова широко улыбнулся. — Спасибо за урок! Вы — лучшая!

Ага, конечно, лучшая… Такая лучшая, что никого рядом не осталось… Интересно, с лучшими всегда так происходит?..

Эх, ладно. Пора уже спуститься с этой чёртовой лестницы и доковылять до первого этажа, а оттуда отправиться домой, где меня, увы, никто не ждёт…

Деваться было некуда. Вопроса «идти или не идти» даже не стояло. Лифтов в историческом здании нет, а летать по воздуху не предусмотрено моей человеческой сутью. Так что решаться и раздумывать можно было сколько угодно, а сделать шаг навстречу скользкой неизвестности всё равно бы пришлось.

Сделав глубокий вдох, я опустила ногу на первую ступеньку, затем — ещё более медленно и осторожно — на вторую. Впереди меня поджидали ещё несколько десятков таких же микро-испытаний.

Ну, что, в конце концов, со мной сегодня такое? Я ведь проделывала это тысячу раз — и на здоровых ногах и уже с палкой. С чего вдруг сегодня такая паника?

Не знаю… Называйте, как хотите, а внутри у меня с самого утра билось какое-то нехорошее предчувствие. Может, атмосферное давление? Пятна на солнце? Ретроградный Меркурий?