Книга Гостиница „три Посоха“. Попаданка в мире магии, страница 18 – Велена Князь

— Где у вас ресепшен? — спросил он смиренно.

— Жан-Поль проводит. Номер люкс на втором этаже, с видом на фонтан. Он, правда, не работает, но вид красивый.

Скелет церемонно поклонился, взмахнув фалдами фрака:

— Следуйте за мной, господин инспектор. «Изумрудный» номер к вашим услугам.

Людомир пошёл за ним, с Пухлей на голове, который явно возомнил себя новым головным убором. У лестницы он обернулся и посмотрел на меня. Взгляд был долгий, многозначительный.

— Я немного отдохну и мы продолжим, — сказал он.

— Буду ждать с нетерпением! — крикнула я вслед и помахала рукой. — Чаю заварить к приходу?

Дверь за ним закрылась. В холле повисла тишина, а потом Агафья материализовалась прямо передо мной, сияя, как начищенный самовар.

— Ну как? — спросила она с хитрым прищуром, от которого мне стало не по себе.

— Что «как»? — сделала я непонимающее лицо.

— Красивый, да? Я ж говорю, красивый. Статный. Глаза умные. И взгляд у него... интересный. Так и сверлит.

— Агафья! — возмутилась я, чувствуя, как щеки предательски теплеют. — Он инспектор! Он пришёл нас закрыть! Оштрафовать! В тюрьму посадить, может быть!

— Ага, конечно. — Агафья хитро улыбнулась и начала медленно таять в воздухе, оставляя после себя только ехидное эхо: — А покраснела зачем, Василисушка? Зачем покраснела, а?

Я потрогала щёки. Они и правда горели огнем.

— Чёрт, — сказала я громко, обращаясь к опустевшему холлу.

Крысы под лестницей одобрительно захихикали.

Утро следующего дня началось с жуткого грохота.

Я подскочила на кровати, выпутавшись из одеяла, и едва не упала на пол.

— Что случилось? — крикнула я в пустоту, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

— Проверка! — из-за двери раздался приглушённый голос Жан-Поля. — Инспектор уже в холле! Требует вас! Немедленно!

Я взглянула на старинный будильник на тумбочке. Восемь утра.

— Он с ума сошёл? В такую рань?

— Говорит, работа у него такая, мадемуазель! — донеслось из коридора. — И ещё... — скелет замялся, и даже через дверь было слышно, как он нервно постукивает костяшками пальцев по дверному косяку. — Он требует, чтобы вы забрали Пухлю. Потому что Пухля отказывается слезать с его головы.

Я замерла, сжимая в руке край одеяла.

— Пухля... всю ночь просидел у инспектора на голове?

— Судя по всему, да, мадемуазель. Господин Величковский пытался его снять, но зверь очень убедительно шипел. Пришлось спать с ним. Говорит, это был самый беспокойный сон в его жизни.

Я представила себе эту картину м рассмеялась.

— Иду.

В холле чувствовалось... напряжение. Людомир стоял у стойки с таким видом, будто лично собирается казнить каждого. На голове у него по-прежнему сидел Пухля. Зверёк довольно жмурился, переливался мягким розовым светом и мелко-мелко вибрировал, издавая звук, похожий на работающий холодильник.

— Доброе утро, — сказала я, стараясь не улыбаться и глядя куда угодно, только не на эту идиллическую картину.

— Ничего доброго, — отрезал Людомир. Голос его звучал глухо. — Заберите это. Немедленно.

— Пухля, ко мне, — позвала я, хлопнув себя по колену.

Пухля открыл один глаз-бусинку, лениво посмотрел на меня, потом на макушку Людомира, снова на меня... и демонстративно отвернулся, ткнувшись носом в аккуратно уложенные волосы инспектора.