Книга Пленница Его величества, страница 69 – Анастасия Миллюр

Закутанная с ног до головы, я ступала по каменным плитам двора, стараясь не выдать дрожь, что то и дело пробегала по телу. Рядом двигались ещё женщины — молчаливые, одинаково укутанные, словно безликая процессия теней. Никто не произносил ни слова: шелест ткани и гул шагов были единственным звуком, разрезающим вязкую тишину.

Воздух снаружи обжигал холодом и свободой. Я не видела неба сквозь плотную вуаль, но чувствовала, как оно давит, как будто впервые за долгие дни на меня упал настоящий, открытый мир.

У ворот стояли кареты — тёмные, закрытые, украшенные гербовыми печатями, но без роскоши. Всего лишь транспорт, будто для обычного переезда наложниц. Но я знала: всё это — ради меня одной.

— Быстрее, — раздался резкий голос.

Я подняла голову. Мужчина в мантии мага шагнул вперёд, его движения были чёткими и лишёнными церемоний. В голосе — ни уважения, ни раздражения, только сухая команда.

— Ты и ты — первая карета. Следующие — во вторую. Живее!

Женщины послушно потянулись к дверцам, подталкиваемые его резкими словами. Он раздавал распоряжения так, будто выстраивал пешек на шахматной доске. И я понимала: грубость здесь не случайна. Это было прикрытие.

Я шла молча, в самом сердце этой процессии. Каждый шаг отдавался в груди гулким эхом. Все мои мысли были о Фрайс. Выполнит ли она поручение? Сумеет ли довести всё до конца? Дара должна оказаться рядом со мной в карете — только тогда мой план сработает. Но что, если у Фрайс не хватило сил или мужества? Что, если она передумала? Или… не смогла?

Сомнение давило, обволакивало, как холодный туман. Я старалась отогнать его, но оно возвращалось снова и снова: а вдруг я иду одна в эту игру? А вдруг вся моя надежда рассыплется в тот момент, когда я увижу, что рядом — не та, кого ждала?

Впереди лязгнули дверцы. Одна карета тронулась с места. Маг уже переходил к следующему распоряжению. Его голос звучал резко, отрывисто, не терпя возражений:

— Ты и ты — в третью карету! Следующая — в четвёртую!

Я уже приготовилась ступить вперёд: по порядку именно мне полагалось занять четвёртую карету. Но вдруг маг вскинул руку, останавливая меня.

— Нет. Ты — в пятую, — поправил он резко.

Я замерла, растерянность обожгла сильнее холода. Перемена? Почему? И тут же внутри зажглась искра: может быть, это вмешалась Фрайс. Может, именно так она подала мне знак. Может быть, в пятой карете ждёт Дара. Надежда разлилась в груди горячей волной, и я поспешила шагнуть вперёд, стараясь не выдать себя.

Дверца кареты со скрипом открылась, я забралась внутрь. Напротив, в полумраке, сидела ещё одна фигура, так же закутанная с головы до ног. Вуаль скрывала её лицо, ни малейшего движения, ни слова. Она не потянулась снять покрывало, чтобы облегчить дыхание, не повернулась ко мне — будто всё ещё играла роль безымянной тени.

И только тогда меня пронзила мысль о Домициане. Если Фрайс сумела… если за вуалью Аврелион в теле Дары, то напоследок я бы хотела увидеть Императора. Мысли вернулись к сегодняшнему утру: как я осторожно поднялась с постели ещё до рассвета, пока он спал. Тишина наполнила покои, и только его ровное дыхание удерживало меня от того, чтобы задержаться ещё хоть миг. Я не решилась коснуться его, не решилась попрощаться — ушла тихо, будто воровка. Теперь, сидя напротив молчаливой фигуры, я бросила взгляд в окно, надеясь разглядеть его величественный силуэт где-то в глубине дворца, но пасмурное небо и туман скрывали всё.