Книга Цветы и тени, страница 83 – Марта Трапная

Я рассказывала в подробностях, тем более, что подробностей было не так уж много: свежий хлеб, что приносила Снежана, кисель из клюквы и черноягоды, или овсяный, а больше ничего и не хотелось.

— Я боюсь, все дело в переживаниях. Вы, члены королевских фамилий, такие чувствительные. Нет-нет, — он прижимал к груди пухлые белые ладошки, похожие на оладьи, — это не укор, я говорю как есть, как факт. У вас ведь столько переживаний было…

— Но прошло столько времени, — пыталась сказать я.

Целитель Михай вздыхал и качал головой.

— Я только в этом вижу причину лихорадки и всего остального. Только в этом.

Вечером того же дня он прислал мне со своим сыном пузырек настойки, которую полагалось добавлять в питье утром и вечером. Я опасалась, что это будет крепкий королевский спирт. Но нет, это была травяная настойка, с таким густым запахом, что его можно было резать ножом. От настойки мне делалось спокойнее на пару часов, так что я могла заниматься своими растениями, а вечером — легко засыпала. Но когда действие настойки проходило, воспоминания возвращались.

Вот же странно, я думала, что буду вспоминать нашу встречу с принцем Лусианом, вечерний разговор в темном коридоре, почти домашний завтрак… А вспоминала — убийство.

Я подумывала, не пить ли настойку чаще, но держалась. Я видела людей, еще в Эстерельме, которые слишком привыкают к лекарствам, которые приносят облегчение во время боли, и они теряют умение терпеть боль. Я видела и Кейталина, который слишком часто прикладывался к местным наливкам и настойкам, так что болезненно зависел от них. И я не уверена, что эта привычка не уехала с ним в Эстерельм. Я не хотела становиться такой, как он.

На самом деле я не знаю, кто победил бы в моем сражении, если бы не случай. Тодор сказал, что ночью будет мороз, и мы снова пошли зажигать лампы в оранжерее. Тодор собрал их на площадке, я разливала в них масло и поджигала, расставляя по кругу вокруг себя. И в какой-то момент круг замкнулся. Я выпрямилась, по привычке ища взглядом свою тень. И не увидела ее. Я стояла в круге света и мне было хорошо. Действительно хорошо. Я услала Тодора под каким-то предлогом в дом и постояла несколько минут в совершенном спокойствии.

Я поняла, что могу вызывать тень, но могу и убирать тень. Моя воля управляет ей, а не наоборот. С тех пор воспоминания о лесной засаде перестали приходить незваными гостями. Я могла их вызвать, когда хотела. Но я больше не хотела.

Остатки настойки, примерно половину пузырька я отнесла Михаю. Он очень удивился, принимая из моих рук пузырек.

— Я вижу, что помогло, — улыбнулся он. — Но вы могли оставить себе…

— Конечно же, не могла. Мне лекарство больше не нужно, а кому-то пригодится.

Целитель Михай покачал головой.

— Не все возвращают остатки, леди Ровена. Я привык.

Я пожала плечами.

— Если бы сейчас было лето и вы могли бы насобирать на лугу новых трав, может, я бы и не вернула.

Он рассмеялся.

— Жалеете, что не можете пойти на луг в любое время, а?

Я в ответ тоже рассмеялась:

— Да я-то могу, но какой толк в этой прогулке, когда все под снегом? В лесу — другое дело, туда и зимой можно идти, там много интересного.

Целитель посерьезнел.

— Ох, нет-нет, леди Ровена, вы же не знаете. Вы же как раз заболели. В лесу нашли убитого оборотня. Недалеко от Шолда-Маре. В лесу с той стороны, где ваш дом стоит. Не стоит туда ходить, пока день короткий — ни в одиночку, ни с Тодором. Оборотни сильны, сильнее людей.