Книга Цветы и тени, страница 109 – Марта Трапная

Но почему я их отпустила? Наверное, если они пришли убивать лошадей, правильнее было бы… Что? Убить их? Но ведь они не нападали на меня, ничего не сделали. Очень сложно первой броситься на человека. Если бы они были в облике зверей, но ведь нет. Да и не должна я бросаться на людей. Я же не воин, в конце концов, а простая цветочница. Пусть и королевских кровей.

Я вернулась в конюшню и медленно побрела насквозь, ко второму выходу. Остановилась у денника Дыма, погладила его по теплой серой морде, пошла дальше, по своим следам. И увидела то, чего боялась. Четыре следа от волчьих лап. Глубокие, хорошо различимые в опилках. Я поставила свою ногу рядом с одним следом. Он был как раз такого же размера. Я и не думала, что моя тень такая огромная. Все это никак не желало укладываться в моей голове — то, что моя тень, просто тень, бегущая за мной по земле, может жить своей жизнью, оставлять отпечатки, охотиться, убивать. Я затоптала волчьи следы, разровняла опилки и поспешила обратно в дом.

Хозяин стоял у стойки и озабоченно смотрел на меня.

— Не думал, что вы так привязаны к своей лошади, леди Ровена.

Я со стуком поставила лампу на стойку.

— Там следы. У второго входа в конюшню. Я выглянула в окно и увидела… странное. Пошла проверить, но нашла только следы.

— Проклятые оборотни, гори они в черном огне! Никакого спасу от них нет! — Хозяин мигом выскочил из-за стойки и его крики разносились по всему этажу. — Миха, Петру — гоните по всем дворам, скажите, что оборотни снова в городе, может, успеем кого предупредить.

Я вернулась к себе и сразу же легла спать. Я не хотела знать, чем закончилась охота на тех, кого называют оборотнями. Значит, я все-таки одна из них. Но сама по себе звериная тень не делает человека оборотнем. Иначе не был бы генерал Зольдич старейшиной. Надо написать уже письмо ему, вот что, подумала я. Написать, все рассказать и попросить совета. Страшно, но другого выхода у меня, кажется, нет.

Из-за того, что я легла спать раньше обычного, я и проснулась рано. Так что едва рассвело, я уже собралась и была готова уезжать. Расплачиваясь с хозяином постоялого двора, как бы случайно спросила, как прошла ночь в городе. Он пожал плечами.

— Да вроде спокойно, но это ненадолго. В этот раз не наелись, нападут сегодня. Мы каждую ночь не можем не спать.

Я кивнула. Конечно, я понимала, что мой разговор с теми тремя — он касался только вчерашней ночи и все. Им надо есть, и они будут искать добычу. Хоть на дорогах, хоть в деревнях, хоть в городе.

Так что уезжала я из Шолда-Маре с грустными мыслями и тяжелым сердцем, а вернулась с еще одним грузом на сердце и новыми поводами для тоски. Но и этого белому огню оказалось мало.

Дома меня помимо радостного Тодора ждал пакет из питомника ранних цветов. Но конечно, сначала я рассказала Тодору, как доехала туда и обратно, как собрала букет, как жене примара сначала не понравились цветы, но как довольна была Мия. И горшок, конечно же, я привезла, пригодится еще, Мия не последняя наша двадцатилетка… И после разговоров я потребовала от Тодора, чтобы он шел домой.

— Леди Ровена, — просительно посмотрел он на меня. — А что за семена пришли? Мне же тоже хочется знать. Давайте распакуем вместе, а? Пожалуйста?

И что я должна была делать, глядя в его умоляющие глаза? В конце концов, распаковать вместе посылку — это не детей воспитывать. Да и раньше мы часто их вместе открывали. Никаких секретных семян там быть не должно. И не было у меня, по большому счету, в моих цветочных делах секретов от Тодора.