Книга Попаданка в тело ненужной жены, страница 18 – Юлий Люцифер

— Конечно. Решать всегда должен тот, у кого больше власти. Так проще.

— Власть в этом доме принадлежит мне.

— Вот именно поэтому в нем и происходит все то, что происходит.

На секунду мне показалось, что воздух в комнате стал плотнее. Не как утром в столовой — слабой рябью, а ощутимее. Словно напряжение между нами начало влиять не только на слова.

Арден заметил это тоже.

Я увидела, как едва заметно изменился его взгляд. Он скользнул по моим рукам. Потом к лицу. Потом снова к рукам.

Я опустила глаза.

На кончиках пальцев будто собиралось едва уловимое тепло. Не свет, не огонь — просто ощущение, что внутри меня есть что-то еще, кроме злости и пульса.

Я сжала ладонь.

Тепло тут же спряталось.

— Что это? — спросил он.

— Хотела бы я знать.

Он сделал короткий шаг ближе и вдруг взял меня за запястье.

Резко.

Не грубо настолько, чтобы это можно было назвать болью. Но достаточно властно, чтобы напомнить: он привык брать, проверять, удерживать.

Меня обожгло не его прикосновение, а сам жест.

Слишком знакомый в своей сути.

Не просьба. Не контакт. Контроль.

Во мне мгновенно вскинулась ярость.

— Отпустите, — сказала я.

Он не отпустил.

Его пальцы сомкнулись крепче.

— Откуда это?

— Спросите у своей жены, — ответила я ледяно.

Он замер.

Я тоже поняла, что снова сказала лишнее. Но теперь было поздно.

— Что это должно значить? — тихо спросил он.

Наши взгляды столкнулись.

И вдруг я очень ясно увидела: Арден не просто жестокий холодный муж. Он чего-то не знает. Или не знал раньше. Или сейчас впервые видит во мне то, чего не ожидал увидеть никогда.

Это была маленькая трещина в его уверенности.

И я не собиралась ее заделывать.

— Это должно значить, — сказала я, — что вы очень плохо знали женщину, на которой женились.

Его взгляд стал еще внимательнее.

— Я знаю вас достаточно.

— Нет, милорд. Вы знали ту, которая пыталась заслужить ваше расположение.

Слова вырвались сами. И в ту же секунду внутри снова странно кольнуло — будто эхом откликнулась сама Эвелина.

Я резко дернула руку, и на этот раз он отпустил.

Слишком поздно, но все же.

Я отступила на шаг.

— Больше не прикасайтесь ко мне без разрешения, — произнесла я.

Вот теперь он действительно разозлился.

Не внешне — голос и лицо оставались почти прежними. Но в глазах потемнело.

— Вы забываете, с кем разговариваете.

— С мужем, который считает, что может унижать жену, а потом требовать от нее тишины. Поверьте, это невозможно забыть.

— Вы моя жена.

— На бумаге. По договору. По вашей семейной выгоде. Но не смейте произносить это так, будто в этом слове есть хоть капля уважения.

Он резко выпрямился.

— Достаточно.

— Да, — сказала я. — Вот и я так думаю. Достаточно.

Несколько секунд мы просто стояли и смотрели друг на друга.

Я слышала свое дыхание. Тиканье часов на каминной полке. Треск полена в огне.

А потом Арден произнес то, ради чего, видимо, и звал меня сюда.

— На зимнем приеме вы будете вести себя безупречно.

Я медленно вскинула бровь.

— Даже не сомневаюсь.

— Вы будете рядом со мной.

Это меня удивило.

Он заметил.

— Разумеется, — продолжил он уже холоднее. — Как моя жена. И вы не позволите себе ни одного шага, который даст повод для сплетен.

— А Селеста?

Он выдержал паузу.

— Это вас не касается.

Я тихо выдохнула.

— Поразительно. Когда дело касается моего унижения — это мой долг. Когда вопрос касается вашей любовницы — это меня не касается.