Онлайн книга «Разрешение на измену»
|
Как же так? Я отдал этой компании лучшие годы, весь свой творческий потенциал, вкладывал душу в общее дело, а теперь меня отсюда выгоняют пинком под зад? Нестерпимая обида камнем легла на сердце. Хотелось вскочить, заорать, разорвать на мелкие кусочки бумагу и кинуть в лицо Савельеву. Такое незаслуженное оскорбление было трудно стерпеть. «Возьмёт он меня через месяц… Так я и прибежал к тебе, старый ханжа! Да меня с руками и ногами оторвут, как только на .ru объявление размещу…» С этими мыслями я поставил размашистую подпись, резко кинул листок в сторону Савельева, встал, громко отодвинул стул и вышел из кабинета. Хвалил потом себя за то, что сдержался и не наговорил на прощание своему бывшему начальнику гадостей. В свой кабинет шёл, как на Голгофу. Мне казалось, на меня смотрят во все глаза и злорадствуют. Коллектив уже в курсе: Раменского попёрли за аморальное поведение. Можно подумать, тут собрались одни святоши… Вон, Неманов ни одной юбки не пропускает, девственницами и замужними не брезгует, и ничего — работает, никто ему на дверь не показал. Почему же мой поступок вызвал такую бурю негодования? А, может, кто-то решил меня подсидеть и донёс Савельеву о служебном романе? Про беременность Иры он от своей жены узнал, тут секрета никакого нет. А вот про меня и Ритку… Кто же эта падла, что лишила меня хорошей должности и приличной зарплаты? Посмотрим. Кого на моё место назначат, тот и вероятный доносчик... Я собрал вещи из стола и шкафа. Из отдела кадров позвонили и сказали, что за трудовой могу завтра заехать, расчёт мне переведут на карту. Вот, собственно, и всё. Была любимая работа — и нет её. Ладно. Зато я теперь свободен, смогу спокойно навещать жену и сына в больнице, искать Машу, если она ещё не явилась домой, заниматься своими делами. К Стоцкой не стал заходить, всё ещё злился на неё за вчерашние капризы. Заехал в магазин, купил апельсины, сок, кефир, конфеты и поехал к жене в клинику. Всё ещё надеялся, что Ира сможет вытащить нас из этого дерьма. Покаюсь, попрошу прощения, двину историю про «сироту», которую Стоцкая удочерила, и жена меня простит. Я верил в свою Ри. В её неугасимую любовь. В милосердие, которым она обладала. Но так паршиво начавшийся день плавно перетёк в самый ужасный день моей жизни… Не думал, что жена может быть ко мне так жестока… И не только жена... По дороге в больницу вспомнил про дочь. «Блин, Маша! Угораздило же её уйти из дома, когда Ира в больнице! Ни раньше, ни позже…» Набрал номер телефона вредной девчонки. Гудки проходили, но трубку упрямая "коза Маша" не брала. «Надеюсь, она уже дома. Ира ведь обязательно спросит, и что я ей отвечу?» Пришлось развернуться и поехать сначала домой, чтобы убедиться — с дочерью всё в порядке. Оставил продукты в машине, поднялся в квартиру и открыл дверь. Ни музыки из комнаты дочери, ни другого шума не доносилось. Не снимая ботинок, прошёл в детскую. Обстановка не изменилась: заправленная, но смятая кровать. Открытый шкаф, из которого Маша забрала часть вещей. Наушники на полу. Дочь не удосужилась поднять их вечером, а я не привык убирать за ребёнком. «Маша, где же ты ходишь? Специально нервы мне треплешь, поганка малолетняя? Ладно. Деньги на карточке закончатся — сама прибежишь. Ещё и прощения попросишь. Нельзя кусать руку, которая кормит…» |