Книга Когда отцветает камелия, страница 167 – Александра Альва

Цубаки прикрыла рот руками, чтобы не вскрикнуть от ужаса, и поняла, что у неё остался один-единственный выход. Она так долго училась побеждать ёкаев, но с людьми всё было иначе – с ними ей никогда не совладать.

— Давайте договоримся! Если я скажу вам, где синтай, вы всех нас отпустите! – предложила она, стараясь приподнять подбородок выше, но её колени при этом подгибались.

— Какая наглая девица! Время торгов прошло, теперь ты либо выполняешь условия, либо… – Наконечник стрелы вошёл ещё глубже под кожу, и Хару застонала от боли, уткнувшись лицом в песок.

— Хорошо, только отпустите её, не убивайте! Я скажу!

Главарь ронинов перестал давить на древко и махнул ладонью, словно приглашал Цубаки к чему-то присоединиться.

— Синтай святилища Яматомори – это амулет на моём запястье. Заберите его!

Она со всей силы потянула за красную нить, разрывая узел, повязанный когда-то Юкио, и отдала монетку мужчине. Связь с ками, что в последние месяцы незримой нитью оплетала Цубаки, исчезла, оставляя после себя лишь пугающую пустоту.

— А вот это уже похоже на правду, – ухмыльнулся главарь, когда увидел обречённые лица мико и качающего головой каннуси. – Благодарю за содействие, но нам не нужны свидетели. Мы всё равно не сможем оставить вас в живых, так почему бы не разобраться со всем незамедлительно?

Он поднял лук и выстрелил, направляя оружие в сторону Цубаки. Перед ней в мгновение ока оказался Кэтору и отбил стрелу когтями, при этом обнажая клыки и угрожающе рыча. Но сила его иллюзий уже ослабла, поэтому остальные ронины перестали сражаться со змеями и с боевым кличем присоединились к предводителю.

Стрелы полетели одна за другой.

— Беги! – крикнул тануки, и тут же Цубаки услышала глухой стук – алое оперение виднелось с одной стороны груди Кэтору, а наконечник показался с другой.

— Нет!

— Да беги же, глупая! – прошептал он и подпрыгнул, сбивая очередную стрелу. – Я тебе не боевой пёс, долго не продержусь!

Кровь шумела в ушах Цубаки, и она кинулась назад, прикрывая голову. Кто-то из мико уже лежал в траве, истекая кровью, а кто-то ещё пытался спастись, убегая по гравиевым тропинкам, петляющим среди деревьев.

Дорогу Цубаки преградил ронин, держащий в руке ржавую катану, и в следующее мгновение что-то обжигающе-холодное пронзило тело акамэ. Она опустила непонимающий взгляд и увидела, как лезвие исчезло под алым бантом пояса её хакама, а на белой ткани косодэ безобразным цветком расползлась кровь.

В горле запершило от чего-то горячего и в то же время солёного, и Цубаки, потеряв опору, упала на колени. Вязкий туман окутал сознание, а нарастающая боль растеклась от живота во все стороны, из-за чего невозможно было сделать следующий вдох.

«Юкио… Хочу его увидеть», – пронеслось в голове, и она почувствовала, что стоит только закрыть глаза, как свет исчезнет навсегда, а ледяные клешни мрака утянут на дно, откуда уже не выбраться.

«Юкио…»

Цубаки прерывисто всхлипнула, опуская тяжёлую голову на укрытую сухими листьями землю, и сомкнула веки.

* * *

Над каменными ступенями загорелся маленький огонёк, от голубого света которого по чёрным стволам клёнов поплыли дрожащие тени. Он полыхнул в воздухе между двумя столбами ворот-торий и разошёлся в разные стороны, подобно треснувшему льду, открывая магический проход между святилищами.