Книга Моя. По праву истинности, страница 80 – Виктория Кузьмина

Он убил их. Сознательно. Холодно.

— Итак, мы продолжаем, — Айтал откинулся на спинку стула и подпер подбородок рукой, словно наблюдал за интересным спектаклем. — Кто помогал тебе убить брата и его семью?

На этом вопросе Игнат занервничал. Его глаза забегали по залу, и я успела поймать шокированный, панический взгляд альфы Мори, который мотал головой из стороны в сторону, почти незаметно. Но я поняла – и не только я.

— Клан медведей... — тихо, сдавленно прошептал Игнат, сжимая свою почерневшую руку.

Альфа Мори сжался под множеством взглядов и зарычал:

— Это наглая ложь! Мы бы никогда...

— Какая им выгода? О чем вы договорились? — не дал ему договорить Айтал.

— Артефакт из сейфа нашего отца... — Игнат покрылся ледяным потом и начал пошатываться.

— Какой? — нетерпеливо прорычал Борзов. Его начинало «подбешивать» это вытягивание.

— Ошейник, запирающий человека внутри зверя. Мори потребовал его в качестве платы... — хрипло и надрывно сказал Игнат, понимая, что даже если артефакт его не убьет, это сделает альфа Мори.

— Ты знал, зачем он ему?

— Нет! — соврал он, и кожа на его руке почернела еще сильнее. Он закричал от боли. — Нет, черт! Не могу я сказать!

— Почему? — спросил Сириус, и в его голосе я услышала догадку. Он уже понимал, для кого был предназначен этот ошейник.

— Мы заключили договор с Медведем, и если я расскажу... — он зажал рот рукой, пытаясь остановить слова.

И в этот момент случилось то, чего никто не ожидал. Со своего места, словно разжатая пружина, сорвался Альфа медведей и с рыком накинулся на Игната, начав его душить.

Но Борзов среагировал мгновенно. С нечеловеческой скоростью он со всей силы ударил альфу клана Мори. Он целился в грудную клетку, но попал в кадык. Глухой, кошмарный хруст прозвучал оглушительно громко в тишине зала.

Мужчина отлетел, переваливаясь через стол, заставляя всех, кто сидел за ним, резко выскочить со своих мест. Именно в этот момент Сириус и перетащил меня на свои колени, крепко сжимая могучими руками. Я вздрогнула, но он лишь крепче прижал меня к себе, прошептав на ухо: «Я здесь. Я не позволю ему причинить тебе вред».

От его тела веяло мрачной, звериной мощью. Он был напряжен, как струна, готовый в любой момент сорваться и разорвать и Игната, и любого кто посмеет причинить мне вред. Та ярость, что клубилась в нем, рвалась наружу с немыслимой силой.

Но после этого удара Мори так и не поднялся. Его охрана, шокированная, подлетела к телу, но было уже поздно. Мужчина был мертв.

Все в зале шокировано уставились сначала на Борзова, потом на мертвого альфу.

Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь хриплым, прерывистым дыханием Игната, который тер свою шею, на которой проступили красные следы от пальцев Мори. Его черный шарф растрепался, и из-под него выглянула метка. Маленькая, аккуратная, прямо на шее. Не такая огромная и уродливая, как была когда-то на наших с Агастусом спинах.

Он носил клеймо. И это стало его оправданием для убийства.

— Айтал... он мертв. Что нам теперь...? — отстраненно прошептал темноволосый арбитр, косясь на безвольно лежащее тело.

Айтал, единственный, кто не соскочил со стула, продолжил сидеть с видом полного безразличия. Мужчина кинул взгляд на тело в углу, перевел его на Борзова, который стоял, сжав кулаки, сам, кажется, шокированный собственной силой. Каратель убил главу клана. Это могло обернуться для него огромной проблемой.