Книга Моя. По праву истинности, страница 153 – Виктория Кузьмина

Несколько раз нас чуть не застали врасплох, и мне было дико стыдно перед прислугой, которая наверняка слышала мои приглушённые стоны, как бы я ни пыталась их заглушить, вгрызаясь ему в плечо. А он в ответ только начинал двигаться ещё яростнее, вырывая из меня всё более громкие звуки. А потом смотрел невинными глазами и хрипло говорил:

— Ну что, пойдём в душ?

Изверг. Ненасытный, дикий, прекрасный изверг. Мой.

Он теперь мой официальный муж.

Наша свадьба состоялась, когда Лире было уже полгода. Пришлось сдвинуть дату из-за чудовищного скандала, который устроил Тимофей Борзов.

Мы надеялись, что дело с судьёй Герцем, который быстро сдал пост после всех разоблачений, уляжется. Но не тут-то было. Его дочь, из-за похищения которой он возненавидел наш клан ещё сильнее, наконец-то выходила замуж.

И в самый разгар церемонии, прямо из-под венца, её самым наглым образом выкрали. Что там творилось… Уму непостижимо. Газеты потом месяц сходили с ума.

Из-за этого вихря нам пришлось отложить наше торжество, пока страсти не утихнут. Но запрет на наш брак, благодаря подписанным сдавшимся судьёй документам, был окончательно снят. Я родила. Формальность была соблюдена.

И мы сыграли свадьбу. Пышную, красивую, собравшую и клан Бестужевых, и арбитров, и немногих человеческих друзей, которые остались со мной. Было волшебно.

Под конец, когда мы с Сириусом целовались в свадебной арке, я заметила свою маму. Она шла под руку с тем самым рыжим оборотнем, который с первого дня в суде над Игнатом начал за ней тихо, но настойчиво ухаживать.

Между ними завязались тёплые, спокойные отношения. Мама даже переехала к нему в небольшой, уютный дом на окраине города. Я была за неё безумно счастлива. Не знала, была ли между ними истинная связь или они просто нашли друг в друге родственную душу, но это было уже их личное дело.

А больше всего на той свадьбе меня растрогали… слёзы брата. Агастус, сдержанный и холодный, в момент, когда Сириус надевал мне кольцо, отвернулся и быстро смахнул влагу с ресниц.

Позже, уже изрядно выпив в компании того же Борзова, он отвёл Сириуса в сторону. Долго что-то говорил ему, жестикулируя. О чём? Сириус мне так и не сказал, вернувшись с улыбкой и покачав головой на все мои расспросы:

— Мужской разговор, Луна моя. Ничего важного.

Но по тому, как он потом смотрел на меня, я понимала, что это было что-то очень важное. Что-то о защите, о долге, о семье.

Но самой сладкой вишенкой на торте той свадьбы была наша дочь. В своём крошечном белом платьице, с венком из полевых цветов в волосах, которые уже начинали виться милыми колечками, она покорила всех.

Ровно до того момента, пока её не поднесли к многоярусному свадебному торту. Это была огромная ошибка. Лира, с видом первооткрывателя сокровищ, тут же вцепилась в крем обеими ручонками. С довольным агуканьем она обмазала себя, ближайшие складки платья и счастливо причмокивала, подняв измазанный кремом кулачок вверх и что-то вещала на своём тайном младенческом языке.

Селеста, державшая её на руках, расхохоталась и громко перевела всем присутствующим:

— Наследница клана Бестужевых объявляет, что это самый шикарный торт в мире!

Смех гремел под сводами зала. Эти воспоминания согревали мою душу и сейчас.

Внезапно Сириус свернул с шоссе на узкую, утрамбованную гравийную дорогу. Мы проехали через стройные ряды сосен и выехали к кованым воротам. Они были распахнуты настежь. За ними открывался вид на большой, но не помпезный, а уютный двухэтажный дом из тёмного дерева и светлого камня.