Книга Игра с профайлером, страница 138 – Александр Эскрива

— Я не хочу ранить тебя, Фернандо. Я из полиции, не забыл? Мои сослуживцы знают, где я. Они будут здесь с минуты на минуту.

— Тогда попробую их опередить, – говорю я, наступая.

Аманда бросается в коридор и на кухню.

— Не убегай, Аманда. Ты лишь слегка отсрочишь неизбежное.

С порога вижу, что она загнана в угол – стоит спиной к разделочному столу.

— Я сделаю так, что тебе простят все преступления, – настаивает она на своем.

Морщу нос, рассекая ножом воздух.

— Брось свои штучки. Не хочу пустой болтовни в такой момент. Хочу, чтобы ты молчала, когда я буду тебя убивать. Окажешь такую услугу?

— Фернандо, послушай, пожалуйста. Я знаю, что жизнь была к тебе жестока, но ты еще можешь все изменить. Я тебе помогу, в этом даже не сомневайся. Смотри, я кладу нож на пол, чтобы ты знал, что я не вру.

Она очень медленно приседает. Наблюдаю за ней в некотором замешательстве. Когда ее руки касаются пола, она хватает миску с кормом для Микки и швыряет мне в лицо. Прикрываю его руками и через полсекунды чувствую, как лезвие вонзается мне в бедро.

Кричу от боли.

— Тварь!

Опускаю взгляд и вижу воткнутый нож.

Аманда спешит обратно в гостиную.

Хватаюсь за рукоятку и с силой тяну. Новый крик разрывает мои голосовые связки.

Стекло разбивается на тысячи осколков.

Зажимаю рану двумя руками, они быстро окрашиваются в красный, и снова смотрю в гостиную. В окне зияет дыра, достаточно большая, чтобы через нее сбежать.

Уильям Паркер

24 декабря 2018-го, Сан-Франциско

«Мини» с ревом мчится по Кэпитол-авеню, за моей спиной завывают сирены трех патрульных машин. Еду, почти не глядя на дорогу. Если сейчас кто-нибудь решит перейти улицу, то его размажет по капоту на скорости сто километров в час. Все из-за того, что мыслями я в ином мире – том, что создал Томас Грин, произнеся: «Это детектив Дженнифер Морган».

Дженнифер жива? Это невозможно. О ее смерти сообщили по новостям. Я убил ее. Вспоминаю наш с Альфредом разговор после того, как я оклемался…

— Было невыносимо тяжело, Альфред. Я не смогу вернуться на службу. По крайней мере, сейчас.

— Ты даже толком ее не знал, Уильям. Неужели влюбился по-настоящему?

Я вздохнул.

— Разве в этом дело?

— Ну дело в том, что если возьмешь отпуск за свой счет, то мне придется уйти на пенсию.

— Ты и так на пенсии, Альфред.

— Тоже верно.

Мы оба смущенно усмехнулись, словно это было неуместно. Я знал, что Альфред сказал это нарочно, желая подбодрить меня в момент слабости, и уверен, что он поступил так, чтобы поддержать, что не все потеряно. Намерения у него были всегда самые добрые.

— Послушай, – сказал он мне, – и чем ты теперь собираешься заняться?

— Даже не знаю. Я об этом не размышлял.

Я задумался.

— Окленд?

— Сын живет там. У него адвокатская контора, и дела идут довольно хорошо. У него наготове дом для отца, когда тот станет старой развалиной, было бы неплохо съездить осмотреть его, что думаешь?

— Ты никогда не состаришься, Альфред.

— Я знаю. – Он засмеялся. – Ну так что скажешь?

Я погрузился в размышления.

— Не знаю, Альфред, – произнес я с тоской в голосе.

— Нам обоим это пойдет на пользу. На какое-то время подальше отсюда, от службы и от воспоминаний. Мы придумаем тебе хобби, будем играть в карты, я дам почитать мои самые ценные книги. И отказа слышать не желаю. – Он взял меня за руку. – Я не оставлю тебя одного после всего этого, друг. Так что можешь начинать собирать чемодан.