Книга Глубина, страница 32 – Крейг Дэвидсон

Пригнувшись, Люк засунул голову внутрь подводной лодки. Вид внутри напомнил ему кабину коммерческого авиалайнера, только гораздо более тесную.

— Залезай, – позвала Эл изнутри, уже вовсю щелкая переключателями. – Только колени подожми, пожалуйста. И да: без моей команды ничего не трогай и не задевай.

Полотно сиденья пассажира провисло, как гамак; Люк так глубоко провалился в него, что подбородок почти коснулся коленей. Приборные панели висели всего в нескольких дюймах от каждого плеча, и их неприятное электрическое тепло обдавало его лицо. Тело инстинктивно напряглось, мышцы спины и ног затвердели. Люк словно застрял где-то на дне деревенского колодца, вот только неба над собой он не видел. Эл сидела в паре футах выше – спиной к Люку. Взглянув на него сверху вниз, она спросила:

— Ну как, удобно?

— Средненько. Но переживу как-нибудь, я не сахарный.

— Оно сразу видно. Я даже удивилась, что ты не попросил вколоть тебе снотворного, чтобы проспать весь спуск.

— А что, так можно было?

— Вообще, нельзя. Есть какие-то противопоказания, связанные с влиянием давления на кровь. Так что не обессудь.

Люк никогда не задумывался о том, каково это – быть похороненным заживо в каком-то жужжащем, мигающем, высокотехнологичном гробу; и теперь у него было весьма точное представление об этом – против его желания. Герметичная дверь закрылась с приятным стуком; примерно так хлопает дверь роскошного автомобиля. За шипящим звуком герметизации последовала серия энергичных щелчков.

— Система вытягивает весь излишек воздуха, – пояснила Эл, – и утюжит уплотнитель.

В иллюминаторе показался рабочий. Люк теперь не слышал звуков снаружи: должно быть, корпус подлодки был звуконепроницаемым. В руках мужчина держал высокотехнологичный пистолет для нанесения герметика. Вокруг окна выросла пышная корка пены.

— Все судно будет покрыто слоем пены, за исключением ряда мощных прожекторов по бокам, – пояснила Эл. – Ты как, в порядке, док? Вид у тебя какой-то напряженный.

— Все нормально, – откликнулся Люк. – Просто… это для меня новый опыт.

— Постарайся расслабиться. Я включаю рециркулятор воздуха.

Холодок обволок ноги Люка, хлынув из мелких вентиляционных отверстий. Он имел тот же химический привкус, что и воздух, выходивший из хранилища с телом Уэстлейка. Люк боялся, что легкие попросту откажутся вдыхать эту мерзкую штуку.

Кран поднял подлодку и зафиксировал ее над водой.

— Пристегнись, – предупредила Эл. – У крановщика тяжелая рука.

Как только ремень Люка защелкнулся, их уронили в воду. Желудок подскочил, как на американских горках. Они врезались в поверхность моря. Вода ударила по иллюминатору. Дыхание Люка участилось, дрожь пошла по рукам. «Дыши спокойно, – упрекнул он себя. – Ты в безопасности. В полной безопасности».

Последним, что он увидел на поверхности, стала юная луна, подвешенная на восточной орбите: восковой шар c опаленным краем, чей тусклый, затаенный свет изливался на вялые и темные волны моря. Затем они ушли под воду.

Эл щелкала переключателями и крутила ручки. Ее рука попала в поле зрения Люка, и какой-то тумблер опустился возле самого его уха.

— У этой посудины целых три мотора, но все они предназначены исключительно для стабилизации и маневрирования, – сказала женщина. – У нас три тысячи фунтов свинцовых грузов. Мы просто падаем. Когда захотим всплыть – начнем понемногу сбрасывать этот балласт.