Книга Медведь, страница 52 – Джулия Филлипс

— Что ты делаешь? – закричала Элена отчаянно.

— Что я делаю? Я?! – возмутилась Сэм. – Что… – Ремень натянулся, удерживая ее на месте. Она ударила по рулю, взвыл гудок. Сэм заколотила по гудку сильнее. Шум давал хоть какое-то удовлетворение: гудок кричал громче нее, нарушал покой настолько сильно, насколько возможно. Он прогонит животных. Она продолжала гудеть.

Машина наполнилась шумом, который не позволял думать. Пальцы болели, челюсть ныла, два из следов ногтей на тыльной стороне правой руки налились кровью. Ее родная сестра. О чем она вообще думает! Прямо тут.

Элена накрыла руку Сэм своей и сняла ее с руля. Очень медленно.

— Сэмми.

Так ласково, подумала Сэм. Будто зверя приручает.

— Тсс, – сказала Элена. – Выдохни.

Сэм откинулась на подголовник. В ушах у нее звенело. Желание крушить отступило так же внезапно, как и пришло, и вместо него осталась только пустота. Сэм закрыла глаза, совершенно измученная случившимся. Она вдохнула через нос.

— Ты меня ударила, – упрекнула Элена. – Так нельзя.

Сэм снова подняла голову.

— Извини, – сказала она машинально, но искренне: неужели она превратилась в маминого бывшего? Она не из тех, кто причиняет другим боль. Ее просто накрыло.

Элена сжала ее руку, потом потянулась выключить двигатель.

— Если ты хочешь об этом поговорить, давай поговорим, – предложила она. – Но мы с тобой так себя не ведем.

— Я просто… – Сэм не знала, с чего начать. – Что ты делала?

— Ничего.

— Нет, не ничего…

— Я здоровалась, – сказала Элена.

Туша, скрывшаяся среди деревьев. Ее пугающий объем.

— Ты… что?

— Иногда – не всегда, но иногда, – когда я иду на работу и обратно, он тут, в лесу. И если он меня видит, то подходит. И я здороваюсь. Я с ним разговариваю.

— Ты с ним разговариваешь.

— Он слушает. Если у меня с собой перекус, медведь не прочь угоститься.

Сэм ушам своим не верила.

— Нам же именно это велели не делать.

— Я не так-то часто его кормлю.

— Просто безумие, – буркнула Сэм. – Ты сама-то себя слышишь? Совсем спятила.

Элена вздохнула. У нее было такое лицо, будто слова сестры ее раздражают, будто та не спасла потенциально ей жизнь, когда подъехала, – будто Сэм неправильно видит ситуацию.

— То есть ты не понимаешь, – констатировала она, и сама интонация прозвучала для Сэм как удар. Она хотела понять. Пыталась понять. И если пока что не понимала, то только потому, что Элена скрывала от нее подробности. – Ты правда думаешь, что я совершаю безумные вещи? Я просто стою. А он меня исследует, смотрит, как я себя веду. Это будто… ну, знаешь, как собаки обнюхивают руку, прежде чем дать себя погладить.

— Ты что, его еще и гладишь?!

Элена сделала очередной глубокий вдох.

— Мне нужно, чтобы ты меня выслушала. Прямо сейчас ты меня не слышишь.

Сэм невыносимы были размеренные вдохи и выдохи сестры. То место внутри, где недавно зародилась ярость, ощущалось пустым и огромным. Эта пропасть между ней и Эленой не должна была появиться. Сэм не хотела сидеть вот так, пристегнутая ремнем, ничего не понимая, на расстоянии приборной панели от Элены и в то же время на другой стороне бездны. Ей хотелось быть рядом с сестрой, как всегда, как и должно быть.

Сэм было необходимо уничтожить эту пропасть между ними. Она попросила Элену:

— Расскажи еще раз.

— Я хожу на работу и обратно, как всегда. Смотрю, не появится ли он. Иногда он там. Если подходит, я стою, опустив руки вдоль тела, и позволяю ему подойти настолько близко, насколько он хочет. Я никак его не провоцирую, – терпеливо объяснила Элена. Ее слова были максимально успокаивающими и конкретными, потому что она тоже хотела избавиться от пропасти. – Я знаю, – добавила она, – нам велели не давать им еды. Такие предупреждения рассчитаны на то, чтобы мы не подходили к агрессивным или непредсказуемым животным, но он не то и не другое, он не такой. Эксперты говорят про медведей в целом: мол, они поступают вот так и делают вот это. Но они не знают нашего медведя. У него свой характер, вот как у нас с тобой. Он не такой, как они говорят.