Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 86 – Дэн Симмонс

Курца встретили у ворот и приказали оставить «Вольво» на уличной стоянке. Он задался вопросом: неужели Фарино боится бомб в машинах?

Громилы-телохранители обыскали его очень тщательно – он оставил пластмассовый «Хеклер и Кох» под передним сиденьем «Вольво» – и отвезли к особняку в гольфкаре. День был промозглый и пасмурный, и в четыре часа дня уже начинало темнеть.

Старый дон, кивком поздоровавшись с Курцем, махнул рукой, приглашая его сесть на диван. София выглядела очень красивой. На ней было платье нежно-голубого цвета, а на лице витала улыбка, смахивающая на ухмылку.

Адвокат Майлз заметно нервничал.

Довольно долго все четверо сидели молча. Курц смахнул пылинку со своих выглаженных брюк. Выпить никто не предлагал.

— Мистер Курц, вы сегодня слушали выпуски новостей? – наконец спросил старик.

Курц покачал головой.

— Судя по всему, началась война между бандами черных и религиозными экстремистскими группировками белых, – объявил дон Фарино.

Курц молчал.

— Неизвестный по телефону сообщил белым экстремистам, что четверо их товарищей убиты «кровопийцами», – весело продолжил старик. – Кто-то – возможно, тот же самый неизвестный – сообщил «кровопийцам», что соперничающая группировка подожгла одно из их мест сборищ. Кроме того, сегодня утром случился анонимный звонок в полицию; звонивший намекнул на связь гибели одного из детективов из отдела расследования убийств с той же самой бандой «кровопийц». Итак, к концу дня мы имеем негров, убивающих негров, легавых, которые мочат бандитов, и белых идиотов-экстремистов, воюющих против всех.

После непродолжительной паузы Курц сказал:

— Похоже, у этого мистера Анонима выдался напряженный день.

— Совершенно верно, – согласился дон Фарино.

— Неужели вас хоть сколько-нибудь волнует, что негры убивают негров? – спросил Курц. – И какое вам дело до того, что станет с «арийцами»?

— Вы правы, – сказал дон Фарино.

Кивнув, Курц стал ждать.

Протянув руку под кресло-каталку, патриарх мафии достал небольшой кожаный чемоданчик. Он открыл его, и Курц увидел пачки стодолларовых купюр.

— Пятьдесят тысяч долларов, – произнес дон Фарино. – Как мы и договаривались.

— Плюс расходы, – сказал Курц.

— Разумеется, плюс расходы. – Закрыв чемоданчик, дон опустил его на пол. – Если вы принесли нам какую-то полезную информацию.

Курц махнул рукой.

— И что вы хотите знать?

Прищурив слезящиеся глаза, старик бросил на него холодный взгляд.

— Кто убил нашего казначея Бьюэлла Ричардсона, мистер Курц?

Улыбнувшись, Курц ткнул пальцем в Леонарда Майлза:

— Он. Это сделал адвокат.

Майлз вскочил на ноги.

— Это наглая ложь! Я никого не убивал! Почему мы должны выслушивать этот бред…

— Леонард, сядь, – спокойным голосом велел дон Фарино.

Громилы в голубых куртках, шагнув вперед, положили тяжелые руки на плечи Леонарда Майлза.

Адвокат опустился на место.

— Какие доказательства вы можете представить, мистер Курц? – спросил дон Фарино.

Курц пожал плечами.

— Малькольм Кибунт – наркоторговец, вместе со своим дружком убивший Бьюэлла Ричардсона, сказал, что его нанял Майлз.

Майлз снова вскочил со стула.

— Я общался с Малькольмом Кибунтом только в зале суда, когда защищал его. Я отвергаю эти нелепые…

Фарино кивнул, и громилы снова шагнули вперед. Майлз сел.

— Зачем Леонарду было так поступать? – нежно проворковала София.