Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 4 – Дэн Симмонс

— Тебе нравится твоя работа? – спросил Курц.

Арлин не ответила на его вопрос.

— Сколько тебе платят? – не сдавался Курц. – Две тысячи в месяц или около того?

— Больше, – сказала Арлин.

— Что ж, я добавлю пять сотен к тому, что ты получаешь.

Она презрительно усмехнулась.

— И что я должна делать?

— То же самое, что и делала. Только придется больше работать с компьютером.

— Джо, чтобы тебе вернули твою лицензию частного детектива, должно произойти чудо. Или ты отложил на черный день приличную сумму и можешь платить мне по три тысячи в месяц?

— Для того чтобы заниматься расследованиями, вовсе необязательно иметь лицензию. А чем тебе платить – это уже моя забота. Ты знаешь, если я сказал, что буду платить, значит буду. Как думаешь, мы сможем снять помещение под контору рядом с нашим старым местечком на Восточной Чипьюа?

Арлин снова рассмеялась.

— Восточная Чипьюа сейчас совсем облагородилась. Ты эти места теперь не узнаешь. Роскошные бутики, ресторанчики со столиками на улице, магазины марочных вин и дорогих сыров. Арендная плата взлетела до небес.

— Проклятие, – выругался Курц. – Ладно, подойдет любое помещение недалеко от центра. Черт, да хоть подвал, лишь бы в нем было электричество и несколько телефонных линий.

Съехав с автострады, Арлин заплатила за проезд и повернула на юг.

— И куда ты собираешься направиться сегодня?

— Подойдет мотель «Шестерка» или любое другое недорогое место в Чиктоваге.

— Почему обязательно в Чиктоваге?

— Завтра утром я позаимствую твою машину, и тебе будет удобнее заехать за мной по дороге на работу. Можешь завтра же утром предупредить о том, что собираешься увольняться, и собрать свои вещи. Вечером я за тобой заеду, и мы начнем искать помещение под офис.

Арлин закурила новую сигарету.

— Джо, ты такой заботливый.

Курц молча кивнул.

Орчард-Парк представляет собой престижный район неподалеку от стадиона «Биллз». Машина Арлин – обыкновенный «Бьюик» – была оснащена навигационной системой джи-пи-эс с жидкокристаллическим экраном на приборной панели, но Курц и не думал ее включать. Он запомнил дорогу, и на всякий случай у него была с собой старая дорожная карта. Курц недоумевал, что за чертовщина произошла за минувшее десятилетие со способностью людей ориентироваться на местности, если им требовалось столько электронных прибамбасов только для того, чтобы не заблудиться.

Большинство коттеджей в Орчард-Парке принадлежало представителям верхушки среднего класса, но встречались и настоящие особняки, обнесенные каменными заборами с металлическими воротами. Свернув к одному из таких особняков, Курц назвал свое имя в переговорное устройство у решетки ворот и получил приказ подождать. Видеокамера, установленная на мачте над воротами, прекратила описывать медленные дуги и уставилась прямо на него. Курц не обращал на нее внимания.

Ворота открылись, и к нему вышли три типа с внешностью культуристов в голубых куртках и серых брюках.

— Можете оставить машину здесь, – сказал самый благообразный из троих, знаком приглашая Курца выйти из машины.

Его обыскали, очень тщательно, даже ощупали пах, а затем заставили расстегнуть рубашку, убеждаясь, что на нем нет никаких проводов. Потом Курцу предложили сесть в гольфкар и повезли по длинной петляющей дорожке к дому.