Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 270 – Дэн Симмонс

Кеннеди кивнул. Отмотав пленку назад до момента появления машины, он остановил кадр на том моменте, когда автомобиль таранил шлагбаум. Внутри машины виднелся только один человек. Мужчина с длинными волосами, торчащими в разные стороны. Но он повернулся лицом в другую сторону, и тело тоже не разглядеть – один силуэт. Фокус камеры был наведен вниз, чтобы фиксировать номерные знаки. Однако задний номер машины явно намеренно замазали грязью, и большинство букв и цифр были нечитаемыми.

— Дежурная смогла его рассмотреть? – спросил Курц.

— Нет, – ответил Кеннеди. – Она была слишком испугана. Мужчина. Возможно, белый. Может, испанец или даже темнокожий. В легкой рубашке. Очень длинные темные волосы.

— Ага-ага, – произнес Курц. – А второй лежал на полу, у заднего сиденья.

— Ты помнишь, что был второй? – поинтересовалась Риджби.

Курц посмотрел на нее.

— Не знаю. Я только хотел сказать, что на полу у заднего сиденья мог быть второй человек.

— Да уж. И мормонский церковный хор в багажнике, – съязвила Риджби.

— Детектив Кемпер считает, что следует искать «Понтиак» темного цвета выпуска конца восьмидесятых, с пятнами ржавчины на правом заднем крыле и багажнике, – добавил Кеннеди.

— Это нам поможет, – ответил Курц. – В Буффало таких машин не более тридцати тысяч.

Кеннеди показал на номерной знак на стоп-кадре.

— Мы можем вычленить изображение номерного знака и проанализировать его. Судя по всему, вот здесь – двойка, а последняя цифра в номере – семерка.

Курц пожал плечами.

— Вы проверяли файлы на компьютере офицера О’Тул? – спросил он. – Там не упоминается о поднадзорных, смывшихся из-под наблюдения?

— Да, детективы скопировали все файлы и проверили документы, но… – начал было Кеннеди.

— Мы ведем расследование со всей тщательностью, – прервала его Риджби – очевидно, чтобы он не сболтнул лишнего.

Кеннеди посмотрел на Курца и улыбнулся, как бы говоря: «Ну, мужик, сам понимаешь, женщина, да еще и коп…»

— Я пошел домой, – сказал Курц. Все встали. Кеннеди протянул руку для пожатия.

— Спасибо, что пришли, мистер Курц. Я хочу поблагодарить вас за то, что вы попытались защитить Пег, насколько это было в ваших силах. Просмотрев запись, я понял, что вы абсолютно невиновны в том, что в нее стреляли. Вы вели себя как герой.

— Да-да, – ответил Курц, глядя на Риджби Кинг.

«Ты оставила меня прикованным на всю ночь, – подумал он. – Ты позволила этому старику в инвалидном кресле впереться в мою палату и набить мне морду. Любой дурак мог убить меня».

— Тебя подвезти? – спросила Риджби.

— Верните мой «Пинто».

— Мы уже закончили работать с ним. Он стоит на месте, в гараже администрации. Твои одежда и бумажник у меня в машине. Пошли, я подброшу тебя до гаража.

Курц направился к лифту вместе с Риджби Кинг. Кабина уже подъезжала, когда из кабинета выскочил Брайан Кеннеди.

— Вы забыли портфель, мистер Курц.

Курц кивнул и взял кожаный портфель, в котором были бумаги Тома Гонзаги, описывающие подробности семнадцати убийств, о которых не знали ни полиция, ни пресса.

Поездка была не слишком долгой. Курц забрал коричневый сверток, в котором лежали его одежда, обувь и бумажник. Проверив бумажник и убедившись, что все на месте, он положил сверток на заднее сиденье. Его револьвер, уже перезаряженный, давил на спину под курткой.