Книга Неглубокая могила. Лютая зима. Круче некуда, страница 268 – Дэн Симмонс

— Я уже в порядке, – заверил Курц.

— Ты покинул больницу этим утром абсолютно неожиданно, Джо, – сказала Риджби Кинг. Умные, глубокие, как всегда, привлекательные карие глаза, подумал Курц. И настороженные. – Ты даже одежду свою не забрал.

— Я нашел другую, – ответил Курц. – Я ведь не под арестом?

Риджби покачала головой. Ее короткие, слегка взъерошенные волосы придавали ей юный вид. Но Курц помнил, что она на три года его старше, как ни крути.

— Давайте смотреть запись, – предложила Риджби.

— Пег все еще без сознания, на искусственной вентиляции легких, – произнес Кеннеди, хотя его никто не спрашивал. – Но врачи надеются в течение пары дней перевести ее из критического состояния в стабильное.

— Хорошо, – ответила Риджби. – Я час назад звонила в больницу, чтобы узнать о ее состоянии.

Курц уставился в пустой экран.

— Это запись с камеры наблюдения, расположенной над дверью, через которую вы и Пег вошли в гараж, – сказал Кеннеди.

Изображение было черно-белым. Или освещение – настолько слабым, что камера автоматически перешла в черно-белый режим. В поле зрения попадал квадрат примерно восемь на восемь метров, начиная от двери, ведущей из здания администрации в гараж.

— А камер, наведенных на место парковки машин, там не было? – спросил Курц, глядя на ожившее изображение. В правом нижнем углу появились дата и время, высвечиваемые белыми цифрами. Вчерашнее число.

— Есть, – ответил Кеннеди. – Городские власти сэкономили деньги при закупке оборудования, и шаг размещения камер равен семидесяти пяти футам, или двадцати трем метрам, если вам удобнее. И та камера направлена в противоположном направлении. Стрелявший или стрелявшие попали в мертвую зону между ними. Перекрытия зон обзора не сделали.

На экране Курц увидел открывающуюся дверь и себя, выходящего из нее. Он кому-то кивнул. Это была Пег О’Тул, державшая дверь. Курц смотрел на свое изображение. На экране он шел вперед. Пег постояла у двери и двинулась следом.

Они шли на дистанции примерно в три метра, когда что-то произошло. Курц присел и взмахнул рукой в сторону, указывая на дверь и что-то крича. О’Тул замерла, посмотрела на него как на сумасшедшего и полезла в сумочку за пистолетом. Потом она резко повернула голову, глядя на что-то, что находилось за пределами обзора камеры.

В кабинете царила тишина.

Курц увидел искры, высеченные пулей из бетонного столба в восьми футах позади них. О’Тул достала из сумочки свой «Зиг Про» калибра девять миллиметров и резко навела его в том направлении, откуда шла стрельба. Курц увидел, как он крутанулся в сторону, словно собираясь спрятаться за столбом, но в этот момент в О’Тул попали. Ее голова откинулась назад.

Курц начинал вспоминать произошедшее. Медленно, по кусочкам. Три глухих хлопка и вспышки выстрелов. То ли шестой, то ли седьмой автомобиль, если считать от пандуса. Пистолет без глушителя, вспомнил Курц и тут же осознал: и не просто двадцать второго калибра. Похоже, стрелявший вынул из патронов часть пороха. Звук слишком мягкий.

О’Тул начала падать. На ее бледном лбу расплывался черный цветок. Пистолет покатился по бетонному полу.

Курц нырнул вперед, подхватив «Зиг Зауэр», встал на одно колено спереди от падающей женщины, зафиксировал пистолет второй рукой и открыл ответный огонь. Замелькали вспышки выстрелов, засветившие экран.