Книга Кровавый навет, страница 359 – Сандра Аса

Торжественная полифония свирелей и тамбуринов заглушила их рыдания. Музыканты возвестили о прибытии представителей власти. Сперва на площадь ступили те, кто стоял ниже остальных в иерархии – младшие судейские чиновники. За ними следовали главный викарий Мадрида и коррехидор. Далее – дон Гаспар, комиссар, два инквизитора из Толедо, которые, к большому неудовольствию устроителей церемонии, добыли разрешение на участие в ней, и старший комиссар Священной канцелярии.

Процессию высокопоставленных лиц замыкал брат Луис де Альяга, главный инквизитор и духовник его величества Филиппа Третьего, прибывший в роскошном паланкине. Лакеи, числом около дюжины, помогли ему подняться на почетное место, поскольку слабое здоровье не позволяло ему излишне утомляться. Его усадили в кресло и завернули в шерстяное одеяло, затем ему под ноги подложили подушку, а рядом поставили растопленную жаровню. Прелат позвонил в колокольчик, возвещая о начале аутодафе.

После мессы тайный писарь призвал произнести слова клятвы, которую должны были приносить участники каждой инквизиционной литургии, обязываясь всячески помогать Священной канцелярии, преследовать ересь и навлекать общественное порицание на тех, кто оскорбляет Бога. Затем слово взял настоятель монастыря Сан-Фелипе-эль-Реаль, который произнес нравоучительную проповедь.

По завершении вступительной части секретарь и тайный писарь открыли ларцы, где хранились изложения дел и соответствующие приговоры, и, соблюдая порядок следования, вручили бумаги двум священникам, чтобы те зачитали их вслух. Тем временем старший альгвасил Священной канцелярии приказал охранникам увести заключенных, попарно, на центральный помост, поместить в клетки и после оглашения приговора вернуть на свои места.

Первыми двинулись люди в желтых санбенито, чьи приговоры вскоре были зачитаны. Священника-мерседария запретили в служении за то, что он требовал плотских услуг от прихожанки во время исповеди. Человека с петлей на шее приговорили к позорному шествию по главным улицам Мадрида и ста ударам плетью за утверждение о том, что внебрачное соитие – вовсе не грех, а его товарищу с двойным узлом предстояли двести ударов плетью за предсказание будущего с помощью небесных светил. Ношение санбенито днем и ночью в течение пяти лет, пожизненное изгнание из Града и конфискация имущества за хулу на Святое Семейство – таким был следующий приговор; последнему из «желтых» назначили десять лет галер за укрывательство еретика, бежавшего от правосудия.

Затем настала очередь черных санбенито. Старуху и девушку приговорили к смерти за то, что они исповедовали магометанскую веру, а двоих юношей – за идолопоклонство: они поклонялись кошачьей голове.

Наконец альгвасилы остановились перед Кастро, и Маргарита в ужасе застонала.

— Выше голову, дорогая, – прошептал Себастьян. – Думайте о том, что нашим страданиям скоро придет конец.

Съежившись в тесных клетках, они попытались снять колпаки, не умещавшиеся под низкой решеткой, но тут же, подчиняясь приказу, надели их снова, так что кончики высовывались наружу сквозь прутья.

Публика нетерпеливо перешептывалась. Наконец-то тайна будет раскрыта.

Один священник зачитывал само дело, другой – приговор.

— Себастьян Кастро, уроженец поселка Тендилья, по роду занятий нотариус, невысокого роста, худощавый, волосы длинные, прямые и с проседью, борода того же вида, глаза темные, зубы недавно выпали. Подготовил и осуществил иудейский ритуал, для чего похитил христианского ребенка, вырезал у него сердце и спрятал в своей конторе, где сердце было обнаружено властями. Подвергнутый пыткам, во всем признался. Поскольку труп Канделы Боусы был найден рядом с телом принесенного в жертву ребенка, подозревается в причастности к изнасилованию и последующему убийству девицы. Юридический статус: признавшийся еретик, отступник от веры.