Книга Кровавый навет, страница 211 – Сандра Аса

Поскольку зима в тот день казалась особенно суровой, Алонсо, проглотив суп из Сан-Фелипе, вошел в церковь, носящую имя означенного святого. Там, перед изваянием Мадонны, согретый теплом обетных свечей, он остался до конца дня, молясь за родителей, за Диего и за себя.

Ближе к вечеру, когда последнее богослужение завершилось, он с тоской осознал, что пришло время покинуть уютные своды храма, но перед этим еще раз просмотрел завещание в свете свечей. В его обиталище под мостом царил полумрак, а кроме того, взбесившаяся вода могла промочить документ, и он не желал лишний раз рисковать.

Присев на пол у подножья окруженной свечами Девы Марии, он перечитал каждую строчку в поисках какого-либо намека на местонахождение таинственного завещателя, но ничего не нашел. Не желая сдаваться, он вернулся к началу, и его глаза внезапно остановились на строчке: «Я, Пелайо Валькарсель, проживающий на улице Пальма».

Наконец-то! Довольный и одновременно разозленный тем, что не заметил этой строчки раньше, он решил немедля отправиться на указанную улицу. Его обуревало нетерпение, однако благоразумие все же взяло верх: на Мадрид опустилась ночь, и следовало дождаться утра. К тому же предстояло найти способ встретиться с этим человеком. Он наверняка был знатным дворянином, и Алонсо сомневался, позволит ли ему прислуга войти в дом в его нынешнем виде. Скорее наоборот: как только он приблизится к дому, дверь захлопнется перед его носом. Так или иначе, он принялся обдумывать завтрашнее предприятие и в завершение довольно хмыкнул: план выглядел безупречным.

Утро выдалось студеным, как и все прочие, но более обнадеживающим, чем любое другое, и Алонсо проснулся, чувствуя непривычную бодрость. Затем поспешно поднялся и, попросив Бога послать ему хоть чуточку удачи, отправился в путь. Он преодолел хаотичное скопление таратаек, которые направлялись на рынки, загромождая Сеговийский мост, и поднялся по Куэста-де-Ла-Вега. Пересек Дворцовые плиты, Каньос-дель-Пераль и площадь Санто-Доминго, миновал Сан-Бернардо и вскоре оказался возле особняка Валькарселей. Глубоко вздохнув, закутавшись в плащ и нахлобучив шляпу, он принял свой зловещий, мрачный вид и взошел на крыльцо.

На подступах к дому лакей держал в поводу чистокровного вороного скакуна, а возле дверей навытяжку стоял привратник. Первый даже не шелохнулся при появлении Алонсо, второй же, заметив странного посетителя, неприязненно изогнул брови. Пройдя мимо коня и стремянного, Алонсо подошел к привратнику, склонил голову и выглянул из-под полей шляпы.

— Я хотел бы видеть дона Пелайо Валькарселя, – сказал он хриплым голосом. – Прошу вашу милость проводить меня к нему.

— Я не провожу вас даже в курятник, – выпалил привратник, всем своим видом изобразив презрение, чтобы скрыть страх, который внушал ему мрачный незнакомец. – Немедленно уйдите отсюда.

— Прошу обращаться ко мне с должным почтением, кабальеро, – заговорил Алонсо подчеркнуто грозным голосом, для чего плотнее прижал подбородок к груди. – Я назвал вас «ваша милость» и требую ответного уважения.

— Я и в самом деле «ваша милость», а жалкий оборванец недостоин даже того, чтобы ему тыкали, как рабу. Так что довольствуйтесь тем, что я обращаюсь к вам на «вы». А теперь уходите.