Книга Кровавый навет, страница 201 – Сандра Аса

— Что значит – нет? Тебе надоела бедная коняшка?

Антонио кивнул на улицу Санта-Исабель и снова покачал пальцем.

— Человек, потерявший сознание, не убивал твоего брата?

Малыш кивнул.

— Значит, ты все видел собственными глазами?

Почувствовав очередной приступ тревоги, Антонио повторил церемонию: прижался лбом к лошадке, пришел в себя и печально вздохнул.

— Ты видел негодяя, который отнял у нас Матео? – спросил Хуан.

Малыш покачал рукой из стороны в сторону, что означало «да, но нет» и, снова указав на главную улицу, повторил жест отрицания.

Хуан все понял. Ему несложно было разобрать сообщение Антонио, Матео научил его общаться со своим братом. Выучить незнакомый язык стоило некоторого труда, однако благодаря постоянной практике Хуан усвоил его и мог без особых усилий расшифровывать любые сигналы.

— Ты его видел, но не рассмотрел, однако этот кто-то не похож на человека, упавшего в обморок, – заключил он, не сводя глаз с Антонио; тот в подтверждение его слов показал два пальца, а затем спрятал один.

— Речь идет о двух людях, и ты готов описать мне первого.

Малыш важно задрал нос и принялся расхаживать взад и вперед.

— Красавчик? Щеголь! Франт? Фанфарон?

Импровизированный актер отклонил все предложенные варианты и вытянул шею, скривив губы в самодовольной гримасе.

— Я не понимаю тебя, черт возьми! – запротестовал Хуан, поднося свечу ближе, чтобы лучше различать его движения. – Перестань так изгибаться, а то вывихнешь шею. Что означает эта гримаса? Ты будто навоз унюхал.

Антонио извлек из кучи мусора какую-то тряпицу, соединил ее уголки, изобразив кошелек, и надул щеки.

— Состоятельный человек? Богач?

Малыш сделал вид, что вытирает пот со лба, и театрально кивнул. Затем коснулся груди Хуана.

— Такой же богач, как я? Пресвятая Дева! Если будешь сравнивать меня с этим задавакой, мы с тобой совсем запутаемся.

Мальчик приосанился, затем по-стариковски сгорбился, показав, что отметает оба предположения, и, наконец, коснулся руки Хуана и улыбнулся.

— Понял! Ни сопляк, ни дед. Такой же, как я. Мой ровесник.

Антонио захлопал в ладоши, после чего выставил еще один палец, заявляя, что готов перейти к описанию второго убийцы. В следующую секунду он принялся размахивать воображаемым мечом, изображая сражение.

— Задира? Рыцарь? Дуэлянт!

Антонио начертил пальцем на груди крест и закутался в вымышленную мантию, цвет которой соответствовал цвету царапины на его локте.

— Плащ цвета бургундского вина? Значит, солдат.

Удовлетворенный своими успехами, мальчик похлопал его по плечу. Затем показал правую ладонь, сжал ее в кулак и поднял большой палец.

— У него не хватает четырех пальцев на правой руке.

Антонио восторженно запрыгал. Это была не просто увлекательная игра: мальчик впервые донес до Хуана то, с чем не мог справиться в одиночку. Мысль о том, что Хуан разделит с ним этот груз, заглушала страх. Отныне воспоминания станут менее болезненными.

— Знатный вельможа и вояка с изувеченной правой рукой, – подытожил Хуан. – Ты отлично все рассказал, хотя видел их издали и в темноте. Выходит, ты прав, и писака тут ни при чем. Дьявольщина! Неужто история про то, что несчастные Кастро возглавляют Секту, – брехня? Но если их обвиняют в ритуальных убийствах, им крышка. Болтовня в говорильне – одно, инквизиция – совсем другое. Вовремя Алонсо унес ноги. А я-то, дуралей, считал его сыном убийцы, который предал земле моего друга и изуродовал его тело.