Книга Негодяй, страница 60 – Бернард Корнуэлл

Мне нужно было объяснить кое-что своему старому другу. Я предпочел бы говорить с ним без свидетелей, мои дела с Джонни Риорданом были чисто личного свойства, хотя я не уверен, что ЦРУ согласится с моей точкой зрения. Но раз уж Джиллспай не намерен оставлять меня одного, то я вынужден был рискнуть, если даже ЦРУ узнает о существовании Риордана.

Мы с Джонни были друзьями с самого детства – его отец присматривал за домом на мысе Код по поручению моего отца. Старый Имонн Риордан был рыбаком, и очень искусным рыбаком, но собственный сын даже превзошел его. Джонни был прирожденный мореход, замечательный парень, дитя природы, мускулистый гигант, в котором сочетались кроткость, здравый смысл и природная доброта. Мне бы очень не хотелось втягивать его в какую-нибудь скверную историю, Джонни Риордан был отцом семейства, был счастлив в браке. У него никогда не было никаких злых помыслов, разве только по отношению к тем политикам, которые постоянно осложняли его жизнь своими законопроектами. Джонни пытался свести концы с концами, промышляя ловлей рыбы, омаров, морских моллюсков в водах возле мыса. Но в скудные месяцы, а чаще всего их было двенадцать в году, он был вынужден, чтобы прокормить семью, браться за другие работы, например поставлять товар в бакалейные магазины. Ничего страшного в этом нет, считал Джонни, главное, чтобы это не мешало заниматься любимым делом – рыбной ловлей. Он был самым искусным моряком, какого я когда-либо знал. Я не виделся с Джонни вот уже семь лет, но если он дома, его нисколько не удивит мой звонок. И он действительно нисколько не удивился.

— Так, значит, ты наконец вернулся домой, – констатировал он и засмеялся. – И значит, ты не прочь закусить.

— Нет, – сказал я, – я хочу, чтобы ты приехал ко мне, прямо сейчас. Можешь?

— Ну конечно, могу. Эти политики не дают нам выйти в море, чтобы, не дай бог, мы не поймали что-нибудь. Я тебе должен сказать, Пол, эти конгрессмены не способны поймать собственную задницу голыми руками, даже если выкрасить ее в красный цвет. Ты слышал о новых ограничениях на рыбную ловлю? Вот тебе очередной подарок Вашингтона!

— Приезжай обязательно! – прервал я его. – Пожалуйста, Джонни, немедленно.

Грузовик-пикап Джонни уже стоял на подъездной дорожке, когда Джиллспай и Каллаген доставили меня к дому. В кузове машины виляли хвостами две охотничьи собаки с золотистой шерстью, так как на мысе Код обязательной принадлежностью каждой машины бывает по крайней мере одна собака. Я думал, Джонни ожидает меня в кабине своей машины, но нет, он сидел, удобно расположившись перед камином Сары Син Теннисон, и рассказывал ей байки о временах «сухого закона»: о том, как жители мыса Код водили за нос федеральных агентов, о том, как и сейчас еще в окрестностях – в клюквенных болотах и в охотничьих хижинах – находятся спрятанные когда-то и забытые склады канадского виски. Сара Син Теннисон, как это бывало со всеми в присутствии Джонни, слушала его раскрыв рот, ибо он обладал природным даром очаровывать людей.

— Вы посмотрите, кто пришел! – восторженно воскликнул он при моем появлении. Джонни был крупным мужчиной с копной черных волос, окладистой бородой и открытым, приветливым лицом.

— Ты познакомился с моей квартиросъемщицей? – спросил я, показав на Сару.