Книга Лаванда и старинные кружева, страница 41 – Миртл Рид

— Хватит, – вдруг прервал ее Уинфилд. – Меня не интересует «очистка летних перчаток». Когда я пришел, то хотел вам кое-что сказать. Мне нужно уехать.

Сердце Рут болезненно сжалось, как будто его крепко стиснула чья-то холодная рука.

— Конечно, – вежливо кивнула она, не узнавая собственного голоса.

— Всего на неделю. Необходимо сходить к окулисту и решить еще пару вопросов. Я скоро вернусь.

— Я буду скучать, – ровно заметила она. Потом, поняв, что он собрался уехать, чтобы избавить ее от неловкости, вызванной его присутствием, немного смягчилась и уточнила: – Когда вы уезжаете?

— Сегодня днем. Уезжать не хочется, но лучше поскорее с этим покончить. Вам что-нибудь нужно в городе?

— Нет, благодарю. Желания у меня скромные, и в настоящее время мне всего хватает.

— Может, все-таки купить что-нибудь для вас? Обычно женщинам всегда что-то нужно приобрести, причем немедленно.

— Вы вели юмористический раздел? – вдруг невпопад заметила она.

— Точно, мисс Торн, и полагаю, что вновь займусь тем же.

Через некоторое время напряжение немного спало, и все же между ними что-то изменилось, поскольку оба явно смущались присутствия друг друга.

— Во сколько ваш поезд? – уточнила Рут с напускным безразличием.

— Кажется, в три пятнадцать, а сейчас уже второй час.

Уинфилд проводил ее до дома, откуда тут же вышла Хепси, чтобы во второй раз за день подмести веранду.

— До свидания, мисс Торн, – проговорил он.

— До свидания, мистер Уинфилд.

Больше они ничего не сказали, но Рут подняла на него взгляд, в котором читался невысказанный вопрос. Он твердо посмотрел ей прямо в глаза, обещая, что вернется очень скоро, и она поняла его слова так: Карл уверен, что у него есть на это право.

Когда Рут вошла в дом, Хепси вежливо поинтересовалась:

— Он ушел, мисс Торн?

— Да, – бесстрастно ответила она и хотела добавить, что не будет обедать, но потом решила, что не стоит слишком явно выдавать свои чувства.

Однако от проницательного взгляда горничной ничего не могло ускользнуть.

— Вы почти ничего не едите, – заявила та.

— Просто не хочется.

— Вы заболели, мисс Торн?

— Нет… не совсем. Посидела на солнце, и голова разболелась, – ответила она, хватаясь за соломинку.

— Намочить вам тряпку?

Рут рассмеялась, вспомнив недавнее предложение Уинфилда.

— Нет, Хепси, мне не нужна мокрая тряпка. Пожалуй, я ненадолго поднимусь к себе в комнату. Не беспокой меня.

Она заперла дверь, отрезав весь мир от переполнявшей сердце безымянной радости. В зеркале отразилось ее лицо с пылающими, будто в лихорадке, щеками и темными глазами, сиявшими подобно звездам.

«Рут Торн! Как не стыдно! – мысленно обругала она себя. – Сперва ты ведешь себя как дура, а после уподобляешься шестнадцатилетней девчонке!»

Потом чувства смешались, а предметы в комнате завели вокруг нее неровный хоровод.

— Я устала, – пробормотала она, сонно опуская голову на пахнущую лавандой подушку, и быстро погрузилась в крепкий сон, даже не заметив, как трехчасовой поезд отправился со станции.

Уже смеркалось, когда ее разбудили голоса под окном.

— Этот парень уехал домой, – сообщил Джо.

— Да ну? – воскликнула Хепси. – Он заплатил за проживание?

— До последнего цента. Но он вернется.

— Когда?

— Не знаю. А она разве не в курсе? – Джо явно имел в виду мисс Торн.