Книга Ранчо одиноких сердец, страница 77 – Лайла Сэйдж

— Папа, я могу по… – привстав, начала Тедди, но Хэнк махнул рукой.

— Сиди, Теодора. У тебя день рождения.

Я подошла и помогла ему подняться.

— Куда мы? – поинтересовалась я.

— Только до кладовки.

Мы направились туда. Хэнк открыл дверь в кладовку и отодвинул в сторону коробку с хлопьями. За ней оказалась тарелка, на которой, похоже, лежало любимое печенье Тедди – овсяное, с шоколадной крошкой. Я достала тарелку и протянула Хэнку, чтобы он сам преподнес сюрприз Тедди.

— Спасибо, Эмми, – поблагодарил он.

Мы вернулись к столу, где нас в нетерпении ждала Тедди, и Хэнк поставил тарелку с печеньем перед улыбающейся дочерью.

— Когда ты вообще успел его испечь?

— Вчера, пока ты была на работе. Пришлось открыть все окна, чтобы ты по возвращении домой не почувствовала запаха.

— Спасибо, папа.

— Я уже давно не практиковался, так что за вкус не отвечаю.

Тедди взяла печенье и откусила большой кусок.

— Чудесно, – пробормотала она напряженным голосом, как будто старалась сдержать слезы. – Черт подери. – Она вытерла мокрые глаза. – Люблю тебя, старичок.

— Я тоже люблю тебя, медвежонок. А теперь, дамы, возьмите по печенью и ступайте одеваться. Время для праздничной выпивки в «Сапоге дьявола».

Хэнк наклонился и поцеловал Тедди в висок, потом подхватил свою трость, висевшую на спинке стула. Мы с Тедди проследили, как он добрался до кресла в гостиной, и пошли по коридору в ее комнату.

Комната Тедди являлась продолжением ее самой и в плане оформления была мечтой любого максималиста. Одну стену, словно в галерее, покрывали рамки с картинами. Но здесь не висело произведений искусства, и даже рамки были ненастоящими. Их изобразила на стене сама Тедди, как и рисунки внутри.

Черно-белый клетчатый ковер на дубовом полу соседствовал с темно-изумрудным покрывалом на кровати и кучей разноцветных подушечек. А стопок книг здесь было больше, чем в библиотеке Мидоуларка.

— Боже, только мой папа мог заставить меня расплакаться из-за кучки печенья, – пробормотала Тедди, пытаясь сморгнуть слезы.

— Вообще-то из-за этого дурацкого печенья я тоже вот-вот расплачусь, а оно даже не для меня.

— Ну, несмотря на слезы, ты все равно расскажешь, что произошло прошлой ночью у вас с Бруксом.

Я застонала. Так хотелось верить, что она забыла!.. Пустые мечты.

Я плюхнулась на кровать и закрыла лицо рукой. Подругу это не остановило.

— Выкладывай, – велела она.

— Зачем? – простонала я. – Ты и так все знаешь.

— Потому что мне приятно заставлять тебя в чем-то признаваться. К тому же, когда ты говоришь о случившемся вслух, оно становится более реальным. – Тедди немного помолчала, ожидая моей реакции.

— Ладно, хорошо. Я с ним переспала. – А Тедди права. Теперь это и впрямь стало казаться более реальным.

— Переспала с кем?

— Господи, ты в буквальном смысле меня бесишь!

— Просто хочу убедиться, что ты не подбросишь мне какой-нибудь сюрприз.

Я перевернулась на спину и посмотрела лучшей подруге в глаза.

— Я переспала с Люком.

Что ж, я открыто в этом призналась, и теперь увильнуть уже не получится. Не то чтобы хотелось, просто я сама еще не до конца свыклась с тем, что происходит. Я ожидала, что, рассказав Тедди о себе и Люке, испытаю некое сожаление или беспокойство. Но нет. Я чувствовала себя счастливой и довольной.