Книга Брак по расчету, страница 149 – Фелиция Кингсли

— И только Джемма ее увидела, так и окаменела, – рассказываю я Харрингу, готовя лошадь к финалу по поло.

— Не могу ее винить. У Порции удивительный дар обращать людей в камень одним лишь взглядом, как Медуза горгона.

— Джемма отреагировала так, будто ее заставили сдавать экзамен по предмету, которого она не знает, как будто перед ней соперник, которого она не может победить. Но ведь я ни на кого, кроме нее, больше смотреть не могу, я их даже не замечаю.

— Ты уверен, что не вел себя так, что она подумала обратное? – уточняет Харринг, не отрывая взгляда от экрана телефона.

— Нет! Я бы никогда! – Затем я на мгновение задумываюсь. – Ну да, поначалу, может, нам и было нелегко, может, я слишком часто указывал ей, что ее поведение и внешний вид неуместны, но теперь все по-другому! Она идеальна, у нее есть характер и индивидуальность, она одна стоит десятка этих сухих метелок! Включая Порцию!

По каменному полу конюшни тянется третья тень.

— А еще несколько месяцев назад ты так не думал.

Проклятье.

Это Порция, и она проходит между Харрингом и мной, мы же тем временем напоминаем две каменные статуи.

Харринг, черт его побери, спешит к выходу:

— Я… э-э… у меня дела, оставил плиту включенной, и… удачи, Паркер!

— Как всегда, Харринг, рыцарь без страха и упрека, – замечает Порция, когда мы остаемся одни.

— Ты как здесь… – спрашиваю я, пытаясь говорить как можно более непринужденно.

— Мой брат играет в команде соперников, не помнишь?

— Разумеется.

— Не хочешь спросить, как у меня дела?

— Как дела? – безразлично спрашиваю я.

— Хорошо, – нечитаемым тоном отвечает она.

— Рад за тебя.

— По тебе и видно.

— Извини за это, – только и могу сказать я. – Я выразился…

— О, так ты сейчас извиняешься за свои слова? Должно быть, я что-то упустила, но не припомню, чтобы ты извинялся за то, что испарился, а потом появился с обручальным кольцом на пальце и женой из Луишема. Ах нет, если подумать, пожалуй, я этих извинений никогда не получала.

Порция прекрасно умеет скрывать злость: несмотря на сказанные слова, лицо ее непроницаемо.

— Любовь с первого взгляда, – объясняю я.

— Ты? Ты же не думаешь, что я поведусь на такое жалкое оправдание.

— Чего ты от меня хочешь, Порция? – раздраженно спрашиваю я.

— Сначала я хотела тебе отомстить, потом просто заставить тебя почувствовать себя ничтожеством. Теперь мне не хочется ничего. Я женщина и привыкла к прихотям мужчин, которые даже после тридцати остаются избалованными непостоянными детьми. Но, надеюсь, ты не ждал, что я сделаю вид, что ничего не произошло, и забуду обо всем, не сказав ни слова?

— Возможно, ты бы предпочла, чтобы я сразу все прояснил, но мы с тобой никогда не были парой.

— Поэтому ты не счел это необходимым. Я согласна. Просто уточняю: ты не лишил меня ни аппетита, ни сна.

Она просто невыносима! Как удав, обхватывающий свою жертву в кольца, прежде чем задушить.

— Мир. – Внезапно выражение ее лица меняется, появляется вежливая и расслабленная улыбка. – Мы взрослые люди, и нам предстоит жить в одном обществе. Так пусть обстановка там будет непринужденной и безо всяких неловкостей. – Она протягивает мне руку. – Теперь, когда лед сломан, нет причин избегать друг друга любой ценой. Можем находиться в одной комнате. Я желаю тебе счастья… и обращаться со своей женой лучше, чем со мной.