Книга Девушка из другой эпохи, страница 116 – Фелиция Кингсли

— «К любой точке на горизонте», – отвечаю я. – Когда ты ушел?

— Незадолго до рассвета, как только услышал, что слуги встали.

Сжимаю губы, чтобы не улыбаться слишком широко.

— Получается, ты остался на всю ночь.

— Я хотел остаться до твоего пробуждения.

Наши пальцы переплетаются в бережной ласке. Мы касаемся друг друга по-разному: были и легкие прикосновения, и уверенные пожатия, и ласковые поглаживания – они говорят, когда слова не осмеливаются прозвучать вслух.

Поворачивается ручка двери, и в ложу входит помрачневший Арчи, а мы поспешно отодвигаемся – но не настолько быстро, чтобы он ничего не заметил.

Кузен бросает на меня свирепый взгляд, садится рядом, но все оставшееся время молчит.

И только когда мы приезжаем домой и я желаю ему доброй ночи, он соизволяет открыть рот, но голос его звучит властно и холодно:

— Нет, сперва я хочу с тобой поговорить. У себя в кабинете.

— Нельзя отложить до завтра? – спрашиваю я, торопясь застать Рида до того, как он уйдет с Азмалем.

— Сейчас.

Арчи садится за свой стол, точно профессор на экзамене.

— Что происходит между тобой и сэром Ридланом Ноксом?

— Ничего, – быстро отвечаю я. И это правда: между нами ничего не происходит. По крайней мере, пока.

— В самом деле? А я-то думал, что видел, как вы держались за руки в театре.

— Это ничего не значит, – настаиваю я, но уже не так уверенно.

Арчи с суровым видом поджимает губы – я никогда не видела, чтобы он так на меня смотрел.

— Лучше бы так и было, Ребекка.

— Лучше для кого? – отваживаюсь спросить я.

— Для кого? – У Арчи вырывается истерический смешок. – Для тебя! Для семьи! Для всех, что, черт возьми, за вопрос?

— Ничего не случилось, Арчи, – повторяю я.

— Знаешь, Ребекка… – Он поднимается из темно-зеленого кожаного кресла и направляется к книжным шкафам, откуда вытаскивает тяжелый том. – Я сожалею, что внушил тебе мысль о том, что у тебя больше свободы, чем дозволено, или что я буду снисходителен до такой степени, что забуду о своей роли опекуна. Что здесь написано? – спрашивает он, подсунув мне под нос страницу с гербом в красных, синих и золотых цветах и длинным списком под ним.

— Маркиз Леннокс, граф Килмора, виконт Брюстера и барон Менникомба, – послушно, точно ученица, читаю список я.

— Это все титулы, которые носил твой отец, одни из старейших в Соединенном Королевстве. – Арчи захлопывает книжищу. – И которые я после его смерти унаследовал, со всеми сопутствующими почестями и тяготами. Ты знаешь, что это означает?

Качаю головой. Его ледяной тон меня просто убивает.

— Что мой долг – обеспечить продолжение рода и линию наследования, а также позаботиться о том, чтобы и ты произвела на свет наследников, которые в случае моей преждевременной смерти унаследовали бы титул. Это значит, что твой брак должен быть с человеком равным или превосходящим нас по положению; а так как маркиз – достаточно высокий титул, то возможными супругами для тебя становятся либо маркизы, либо герцоги. Или принцы, на здоровье, но обычно они заняты устройством браков с другими королевскими домами Европы.

— Арчи, к чему ты клонишь?

— Чарльз Резерфорд, герцог Уиндэм, идеальный кандидат: кроме титула и владений он также не стар и обладает приятной наружностью. Я бы никогда не стал принуждать тебя к браку, как у Селесты Мэндерли, и тем не менее я обязан напомнить тебе о своих полномочиях как твоего опекуна.