Книга Девушка из другой эпохи, страница 118 – Фелиция Кингсли

— Харлоу? – растерянно переспрашиваю я. – А почему?

— Помнишь, как он сказал, что Эмили передала ему кожаный футляр, чтобы он отнес его в «Кроникл»?

— Конечно.

— Я был в комнате, которую он снял до своего ареста, но ничего не нашел. Сегодня я снова ездил в тюрьму, поговорил с Харлоу еще раз, и он объяснил, где спрятал футляр. Мы с Азмалем его заберем. И, думаю, не только нам он нужен.

— Ты снова был в тюрьме? – возмущаюсь я. – Без меня!

— А ты забыла, чем закончился наш визит в Ньюгейт? – раздраженно напоминает он.

— Понятно, ты решил избавиться от меня.

— Я тебя защищал, – настаивает он.

— Меня не надо защищать!

— Я с самого начала знал, что это будет опасно, и был прав. Не хотел подвергать тебя риску снова.

— Почему?

— Потому что я беспокоюсь за тебя! – Выходит так громко, что Азмаль, попятившись, оставляет нас одних. Рид делает шаг ко мне, потом еще и еще, пока наконец не берет меня за руки. – Потому что я отдаю себе отчет, что в любой ситуации думать буду прежде всего о твоей безопасности. Мне необходимо знать, что с тобой все в порядке. Ты для меня важнее всего, Ребекка.

Я, которая никогда не была важнее всего для кого-то, кроме своих родителей, теперь самое важное для него.

— А ты – для меня, поэтому я не хочу отпускать тебя одного.

Рид тянет меня из оружейной комнаты и закрывает ее на ключ.

— Я буду не один, а с Азмалем.

— А что, если с тобой что-то случится? – озабоченно спрашиваю я, идя за ним следом из кабинета и вниз по лестнице. – Что, если… – Голос слушается с трудом. – Что, если ты не вернешься?

Рид останавливается, поворачивается ко мне, и то, что я стою на ступеньку выше, впервые позволяет мне посмотреть ему прямо в глаза.

— Если я не вернусь, ты будешь по мне скучать?

— А если я отвечу, что да?

Рид улыбается той своей улыбкой, которая согревает меня изнутри.

— Я мог бы дать себя убить только ради удовольствия знать, что тебе меня не хватает, – отвечает он, обнимая меня за талию.

— Помнишь тот поцелуй, который я тебе должна? Я хочу вернуть долг сейчас.

Рид приближает лицо к моему так близко, что мои губы приоткрываются, готовясь встретиться с его.

Но он останавливается в миллиметре.

— Оставь его на потом, так у меня будет еще одна причина вернуться.

Я жду Рида в его комнате, свернувшись на софе перед камином, прижимая к себе письма Эмили.

Даже Сунь-И в какой-то момент стучится в комнату и приносит мне горячий травяной отвар – признак того, что отношения между мной и Ридом изменились и теперь я в его доме желанный гость. Просматриваю письма Эмили в хронологическом порядке в поисках подсказок, чтобы отвлечься и не думать о том, как проходит «секретная операция».

Я тут же отбрасываю версию, что нарисованные иероглифы можно просто перевести, потому что Шампольон расшифрует Розеттский камень только в 1822 году; получается, Эмили дала им какое-то произвольное значение. Теперь понять бы какое…

«Загородное поместье Максима будто сошло со страниц сказки, мне бы хотелось, чтобы мы поселились здесь. Это идеальное место для семьи и детей. Надеюсь, у нас их будет много…

Максим часто уезжает в долгие путешествия, бывает, задерживается на несколько дней. Мне здесь очень скучно, без него время будто останавливается. Украшать письма к тебе иероглифами стало моим любимым занятием. Не выбрасывай мои письма, перечеркнув все мои художественные труды, сохрани их как произведение искусства».