Книга Девушка из другой эпохи, страница 119 – Фелиция Кингсли

Содержание писем очень похоже: целые абзацы описаний домашних забот и чрезмерные похвалы мужу. Указаний на шифр – ноль.

«Чтобы я не скучала в его отсутствие, Максим предложил, чтобы Джемайма пожила с нами. Так, кроме радости от ее компании, я также получу возможность подготовить ее к предстоящему дебюту в обществе…

Максим обращается со мной как с королевой, заботится, чтобы мне всегда всего хватало, и часто удивляет меня подарками и гостинцами. Я уверяю его, что он слишком меня балует, но, по его мнению, я заслуживаю еще большего…»

Закатываю глаза; от этих приторных похвал меня уже мутит, но я продолжаю читать, пытаясь отыскать ключ к зашифрованным сообщениям.

«У меня задержка, молю Бога, чтобы это было из-за беременности. Мне так хочется сына. Надеюсь, он будет так же красив, как мой возлюбленный Максим…»

— Что ты хочешь сказать, Эмили?! – взрываюсь я. – Что?

У меня в руках листы за месяцы переписки, и в них нет ничего, что привело бы к настоящему смыслу сообщения.

Я уже начинаю думать, что украшения в виде иероглифов и правда просто способ отвлечься от скуки, которая одолевает молодую супругу.

Фыркаю, связывая стопку писем, и не могу избавиться от острого чувства поражения внутри.

Я думала, что все поняла, а на самом деле ничего не понимаю.

Откидываю голову на подлокотник софы и позволяю себе поддаться усталости, погружаясь в состояние полудремы.

Но тут же резко сажусь, когда дверь в комнату внезапно распахивается и входит Азмаль, который вместе с Сунь-И тащит на себе Рида.

— На кровать, быстро, – велит он.

Сюртук Ридлана весь в крови.

Следующие минуты проходят в каком-то безумии. Рида кладут на кровать, Азмаль срезает с него жилет и рубашку, открывая рану на груди вверху слева, а Сунь-И приносит ему хирургические инструменты и чистые полотенца.

— Ребекка, – едва слышно зовет меня он, протягивая ко мне руку, увидев, что я застыла посередине комнаты.

Я подхожу к нему, сажусь рядом, слева, и с ужасом вижу, что рана большая, не меньше трех пальцев, и кровь продолжает течь рекой.

С ужасом смотрю на Азмаля:

— Это… – но не могу заставить себя закончить фразу.

— Не сердце, к счастью, лезвие прошло на пару сантиметров выше. Но надо срочно остановить кровь, – успокаивает меня он. – Рид, прости, но мне придется сделать тебе больно.

— Знаешь, Ребекка, – с трудом дыша, произносит Ридлан, – возможно, стоило сразу прикончить того типа, который напал на нас в тюрьме. Но сейчас я точно исправил ошибку.

— Снова он?!

— Он пытался напасть на меня со спины, – объясняет Азмаль. – Рид бросился наперерез и получил удар вместо меня.

— Видишь, что происходит, если ходить на секретные операции без меня? – шучу я, хотя смеяться не над чем. – Будь я рядом, ты бы вернулся цел и невредим!

— Может, ты и прав… а-а-а-а! – Азмаль, промыв рану, начинает накладывать швы, и Рид цепенеет от боли, сжав мою руку изо всех сил. – Черт побери, Азмаль, – рычит он сквозь сжатые зубы.

— Держись, я и в этот раз тебя подлатаю.

— Дай мне рома. Или джина. Алкоголя, бога ради! – возмущается Рид. – Единственный врач, который не удосуживается дать обезболивающее, выпал на мою долю!

Азмаль качает головой со слегка садистской улыбкой:

— У тебя сильное кровотечение. Алкоголь поднимает температуру тела, следственно, расширяются кровеносные сосуды и улучшается кровоток… А мне нужно, чтобы было наоборот. Не думай обо мне, сосредоточься на Ребекке. – Он поворачивается ко мне: – Говори с ним, отвлеки его.