Книга Девушка из другой эпохи, страница 103 – Фелиция Кингсли

— Можно ли навещать пациентов в Бетлемской королевской больнице? – спрашиваю я, и вся семья, собравшаяся во внутреннем дворике за чаем, вытаращивает глаза.

Дядя уже поправляется, это видно по вернувшемуся аппетиту, но сегодня у всех день отдыха от светских мероприятий, несмотря на то что сегодня среда и вечером состоится очередной бал в «Олмаке».

— Но, Ребекка, дорогая, что это вдруг тебе пришло в голову? – изумленно спрашивает тетя Кальпурния.

Быстро, придумай что-нибудь, ну же.

— А… э-э… Вы, тетя, так активно занимаетесь благотворительной деятельностью, и я действительно восхищаюсь тем, как у вас при нашем обеспеченном образе жизни получается думать о других и протягивать руку помощи нуждающимся. Я бы хотела последовать вашему примеру.

Тетя Кальпурния промокает губы салфеткой, стряхивая воображаемую крошку.

— Я забочусь о бедных пропащих девушках, нахожу им достойную жизнь, чтобы им не приходилось торговать своим телом. О несчастных душах в Бедламе заботится леди Селеста Мэндерли.

Это хорошие новости.

— А чем именно она занимается?

— Собирает домашнее белье, простыни, шторы или ненужные скатерти у тех, кто может позволить себе новые к каждому сезону, и делает из них одежду для больных, одеяла, тряпичных кукол…

— В Бедламе есть и дети? – с любопытством спрашиваю я.

— О, множество! – вмешивается в разговор дядя. – Когда больница еще была открыта для посещений, мы ездили туда по воскресеньям, посмотреть на больных. Это называли «Театром безумия». Помню, там был ребенок, который лазил по стенам как обезьяна, еще один с головой размером с арбуз, и ему, чтобы держать голову ровно, приходилось цеплять ее за цепь, свисающую с потолка…

— Элджернон, – укоряет его тетя. – Не за едой.

— Там была не столько психиатрическая больница, сколько цирк уродов, – заключает мой кузен. – А теперь это просто место, забытое богом и людьми.

— Я поняла, – перебиваю его я, чтобы не слышать, что дальше. – В моем гардеробе полно платьев, которые я уже не ношу, а из ателье миссис Триод все приносят и приносят новые. Думаю, отнесу какие-нибудь Селесте.

— Если ты их уже отложила, можешь отнести прямо сегодня. Селеста посещает Бедлам каждую среду и пятницу.

Идеально! Чем раньше, тем лучше.

К счастью, в этот момент приходит Азмаль проверить состояние дяди, и через него я передаю сообщение Риду.

После полудня я добираюсь до дома Мэндерли, и леди Селеста принимает меня очень тепло:

— Я так рада, что ты решила присоединиться к нашему благотворительному обществу! Из всех я самая младшая. Знаешь, всегда чувствую некоторое осуждение от них, ветеранов, – говорит она, приглашая устроиться в гостиной.

— Буду откровенна, Селеста: благотворительность – лишь предлог, – сразу признаюсь я.

— Предлог для чего? – в замешательстве уточняет она.

— Так как ты доверилась мне, я доверюсь тебе, и то, что я тебе расскажу, не должно выйти за пределы гостиной, – предупреждаю ее я. – Я расследую смерть Эмили. Все было совсем не так, как писали в газетах и как утверждает ее семья, чтобы замять скандал.

— Но, Ребекка, тебе не кажется, что это не очень благоразумно? Если герцог Уиндэм узнает, ему может не понравиться…

— У Уиндэма нет права голоса в том, что касается моей жизни. Во всяком случае, пока.