Книга Тайный сад в Париже, страница 26 – Софи Бомон

— По крайней мере, несколько растений я спасла. Но работа займет больше времени, чем я думала.

— Садоводство – оно такое, любил говорить Ален, – улыбнулась Матти. – Оно подчиняет тебя своему собственному счету времени. Эмма, я хотела бы вытащить сюда стул, мой альбом и карандаши – ты не против?

— Конечно нет. Но я же наверняка сейчас выгляжу как перемазанное старое пугало. Ты же не собиралась меня сейчас рисовать?

Матти улыбнулась, в глазах мелькнули искорки.

— Перемазанное старое пугало – чудесная натура, – сказала она и ушла в дом, чтобы почти сразу вернуться с кухонным стулом и блокнотом.

Сперва Эмма все время ощущала на себе бабушкин взгляд, но постепенно это чувство проходило. Матти рассказывала истории о саде, в том числе о том, как пятилетняя Коринна решила, будто под лозой глицинии живет эльф. Она всегда оставляла для него еду, даже по паре своих любимых печенюшек.

— Истинная жертва с ее стороны, – заметила Матти, – но как же рада она была узнать, что эльф исчез! Конечно, мы ей не сказали, что на самом деле это был вовсе не эльф, а молодая крыса, устроившая себе под глицинией гнездо.

В нормальной ситуации такой рассказ растрогал бы Эмму до слез, но сейчас, работая в этом самом саду под жарким солнцем, она чувствовала совсем другое. Эмма представляла себе свою маму в детстве, в саду, представляла, как та выходит, предлагая эльфу печенье, и у нее потеплело на сердце. В этот миг сильнее окрепли ее решимость восстановить сад и ощущение правильности этого поступка.

Вскоре Матти ушла в дом готовить обед, а Эмма тем временем расчистила маленькую полянку, собрала сорняки в тачку и уже была готова отвезти их в кучу к остальным, как вдруг краем глаза заметила рыжий сполох в опавшей листве.

— Мсье Леру! – шепнула она в восторге и замерла, стараясь не шевельнуться, а белка прыгала вокруг, явно не смущаясь ее присутствия. Это было потрясающе красивое создание – рыжий мех блестел, пышный хвост плавно двигался, перетекал, словно ртуть, – так быстро, что у Эммы даже голова закружилась.

Вдруг белка застыла, и ее темные глаза уставились прямо на Эмму. С пронзительным звуком зверек метнулся в траву, только его и видели.

Эмма глубоко вздохнула, и это был вздох радости. Раньше она пожалела бы, что при ней нет телефона, чтобы снять фото или видео, а теперь порадовалась, что оставила его на кухне. Как можно передать эту радостную стремительность? На экране осталось бы только размытое пятно.

Она постояла еще секунду в надежде, что белка появится снова, потом вывалила сорняки в кучу и стала медленно обходить расчищенный участок, делая пометки в блокноте. На голом клочке земли, который был когда-то клумбой, она увидела вылезшую на поверхность луковицу. Стала заталкивать ее обратно в землю и заметила еще несколько. Эмма понятия не имела, что это за луковицы – нарциссы, ирисы, тюльпаны? – но было ясно, что их здесь надо оставить. Она сделала соответствующую пометку в блокноте.

И тут Эмма увидела другую коричневую луковицу. Но когда до нее дотронулась, намереваясь затолкать в почву, как все прочие, то поняла, что это не луковица, а что-то потверже. Поскребла этот предмет с одной стороны и увидела другой цвет – тускло-серебряный. Значит, это металл. Но не монета – слишком выпуклый предмет.